Была еще информация, которая стоила такого затратного и длительного перехода... Приведя себя в порядок, сытно поев и поняв что ему ничто не угрожает, Винод поведал нам следующее:

– Несколько кораблей, больших. Рано утром подошли к острову и встали на рейде. Хорошо, что я привык рано просыпаться и заметил их.

– Что за корабли?

– Вообще, я сразу же спрятался, сначала решил выяснить кто это и какие у них намерения, - Винод отпил чая и с удовольствием прикрыл свои близко посаженные глаза с черными кругами, - это были американцы, а корабли... один - военный, второй - большое круизное судно, третий - танкер.

– А тот, что военный, большой? Какое вооружение?
– нахмурился Иваныч, - и откуда пришли?

– С востока пришли. А военный корабль... я не специалист, но корабль большой, с самолетами.

Иваныч приподнял бровь, поскреб щетину и уточнил:

– Авианосец?

– Да, так их называют, точно, - кивнул Винод.

– Почему же они ушли? Тут же нефть!
– я встал из-за стола в кают-компании, подошел к иллюминатору и внимательно осмотрел горизонт.

– Нет нефти, - индус развел руками и как-то странно улыбнулся.

– Как нет?
– в один голос спросили мы с Иванычем, а Володя аж вылез по пояс из раздаточного окна.

– Я думаю... что-то случилось, там, - Винод указал пальцем вниз, - Это стало известно после катастрофы. Военные и те, кто с ними были, тоже расстроились. Вертолет несколько раз делал рейсы и привозил людей, они три дня изучали документы, что вели специалисты буровой. Я подслушал, они решили вернуться сюда позже, когда найдут пригодную для колонизации территорию, здесь много ценного оборудования. Потом они все уплыли на юго-запад.

– Вот-так, Серега...
– вздохнул Иваныч, заметно опечалившись.

Да и я, если честно, расстроился сильно...

– Сколько времени прошло с того момента как они ушли?
– вздохнув спросил я.

– Шесть... нет, пять дней. Да, пять.

– Ну, если мы с ними не встретились по пути сюда, значит они ушли не в нашу сторону, - крепко задумавшись сказал Иваныч, а потом добавил, - пока... пока, не в нашу.

В таких случаях, говорят, что по спине пробежал холодок, но куда там! Меня словно из ледяного душа окатило!

– Пригодную значит для колонизации территорию...
– Иваныч нервно отбивал частую дробь мундштуком трубки по столешнице.

Винод тоже молчал с минуту, глядя то на меня, то на Иваныча, а потом сказал:

– Знаете, Сергей Никл... Нио, - Виноду с трудом давалось выговорить отчество.

– Просто Сергей, - махнул я рукой.

– Я особых симпатий к американской политике не испытываю, более того...

– Вы уверены, что это американцы?

– У них плохой английский, - улыбнулся Винод и изобразил пальцами кавычки, - у них американский язык.

– А, в этом смысле.

– Мои родители дали мне отличное образование, я закончил Кембридж, у меня докторская степень и я десять лет преподавал сам и жил в Англии, и только последние три года перед этой катастрофой перебрался в Австралию, где и занимался важными экологическими программами в Мельбурнском университете.

– А где вы так хорошо научились говорить по-русски?

– Моя жена...
– Винод опустил голову и стал теребить пуговицу рубахи, - ее ребенком увезли из Казахстана, когда закончилось стоячее время...

– Период застоя, - хмыкнул и уточнил Иываныч.

– Верно, она из этнических немцев, что там проживали... а познакомился я с ней уже в Мельбурне, в университете, Лида профессор лингвистики.

– А что относительно ваших выводов о случившемся?

– Это только гипотеза...

– И все же?

– Можно?
– Винод указал на мой ежедневник, что лежал на столе.

– Да, конечно, - я раскрыл ежедневник на чистой странице и протянул ему карандаш.

Схематично изобразив два полушария, Винод провел линию нового экватора и начал говорить:

– Учитывая положение звезд, я склоняюсь к тому, что это выглядит теперь так... а то, что в сутках теперь около тридцати шести часов, говорит о том, что вращение земли замедлилось, - Винод посмотрел на меня и Иваныча.

– Это нам понятно уже давно, - Иваныч сел рядом с ученым.

– А понятны ли вам последствия таких изменений?

– Нет, - честно ответил я.

– Атмосфера и мировой океан! Воды мирового океана и атмосфера отошли к полюсам, - Винод заштриховал на полюсах, а потом ткнул карандашом в линию экватора, - а здесь, на экваторе, возможно и нет теперь никакого океана, и воздух разряжен на столько, насколько он был разряжен до Волны в Гималаях на высоте восьми километров. Теоритически, это должно иметь просто апокалиптические последствия, колоссальные изменения в геосфере! Однако, все немного иначе.