Рудоу выругался про себя, но делать нечего пришлось отвечать. Он расписал все в красках, пообещал, что как только будут получены результаты, он тут же сообщит об этом в форт.

— Молодец, Рудик, я в тебе не ошибся. Ты смотри оболтусам своим спуску не давай, у них на акклиматизацию времени нет. Скоро все завертится, они на передовой. А головой за них отвечать ты будешь, потом я, но тебе от этого ни потно, ни ознобисто. Кстати, только что доложили, что к вам отправились Рыбаки с садками. Так что принимай гостей.

Рудоу отключил рацию и поморщился. Похоже, завертелось. Боевые действия еще не начались, а только готовились, а на душе уже было хмарно, хоть волком вой, да в петлю лезь. Интересно отчего так.

Когда они прибыли в Рубежный форт с тремя грузовиками новобранцев, им даже помыться с дороги не дали, прямо так в пыли и с перегаром вызвали к генералу Фурхелю на доклад. Когда они вошли в кабинет к Фурхелю, в нем находился его секретарь Одеон, неприметная тихая личность, вечно следующая тенью за своим начальником. Генерал, средних лет мужчина, с пробившейся первой сединой, по-военному подтянутый, худощавый, первые полтора часа распекал их за разгильдяйство и халатность, обтер проблему со всех сторон по нескольку раз, обрисовал чего они каким-то чудом избежали, потом крепко по-солдатски выматерился, сказал, что им повезло и тут же забыл о происшествии. Нимрод передал ему надорванный коричневый конверт, отдал честь и отступил назад. Фурхель осмотрел конверт со всех сторон, крякнул недовольно и спросил:

— Не мог что ли до форта дотерпеть? Откуда такое недержание?

Он внимательно прочитал приказ, находящийся внутри. Потом прочитал снова и небрежно бросил его на рабочий стол.

— Диспозиция такая. Мы были готовы к этому приказу. Я сам просил верховное командование Мирграда о начале военных действий. Давно пора поставить точку в затянувшемся конфликте с гореванами. И пусть мы смешаем чернила для этой точки. Пока вы прохлаждались в городе, мы разработали детальный план.

Фурхель расстелил перед Нимродом и Рудоу карту и в подробностях обрисовал ближайшее будущее. Надо сказать, задумано было неплохо. Рудоу мог поспорить, что автором этого плана является Одеон, Фурхель педант и зануда, отличался непроходимой глупостью, когда дело доходило до реальных боевых действий. Проводить учения, играть в войну это всегда пожалуйста, а как начинают стрелять, он терялся.

Фурхель был зятем самого генерала Крамгеора, ему предстояло сделать карьеру при генеральном штабе, только он сам отчего-то подал прошение о переводе на передовую. Старому командиру Рубежного форта исполнилось уже шестьдесят лет, и его по такому случаю отправили на почетную пенсию, а на его место назначили Фурхеля.

По генеральному плану боевые действия начнутся в двух направлениях. Первое направление, центральное, это новые туннели, обнаруженные Цепными Псами. Крысоноры пробьют проломы в туннели, а по их следам пойдут боевые звенья солдат. Операция получила название «Зачистка», ее цель уничтожить всех гореванов, а не разрушить их город. При простом разрушении крысонорами, спасется большая часть жителей, а тут тотальное уничтожение. Правда никто не ожидал, что победа достанется легкой ценой. Гореваны отчаянные бойцы, они будут охранять свой город остервенело, цепляться за каждый клочок земли, и так просто их с места не сдвинешь. Много летиан полягут под землей. Чтобы сократить количество потерь, был задуман ход конем. Для этого научники возились с затопленным туннелем, выясняя причину и степень отравления, именно поэтому сюда ехали Рыбаки со своими странными механизмами.

За этими воспоминаниями Рудоу и сам не заметил, как его разморило. Духота была опьяняющая, не мудрено, что он запутался, увяз в собственных мыслях и отключился. Проснулся он от того, что в боковое стекло деликатно постучали. Рудоу потянулся, распрямляя затекшее тело, и уставился непонимающим взглядом на стучавшего. Разбудить его пытался Косяк. Ему было очень неловко, вероятно они долго решали, кто пойдет будить капитана, и выбор пал на него. Рудоу нахмурился и толкнул резко дверцу. Она ударила Косяка по лбу, от неожиданности он плюхнулся на зад и схватился за ушибленное место рукой.

— Ты чего тут балаган разводишь, портянка драная?! — взревел Рудоу, кричать совсем не хотелось, но для порядку стоило немного поскандалить, если уж создал себе образ зверя начальника, то выходить из него нельзя. Уважать перестанут.

— Как ты, гореванская отрыжка, посмел меня разбудить?! Кто тебе, гнилая морда, позволил пост покинуть?!

— Я не виноват… я тут не при чем… меня просили… сказали важно… — затараторил испугавшийся Косяк.

— Встать!!! — рявкнул Рудоу. — Почему не по уставу разговариваешь?! Исправить немедленно!!

Косяк подпрыгнул с земли, словно его в зад земляная оса ужалила, вытянулся в струнку и бодро отрапортовал.

— Разрешите доложить, гражданин капитан! Прибыло спецподразделение «биологических инженеров», требуют вас к себе!

— Молодец, вот теперь молоток. Так бы всегда и не пришлось бы сельскохозяйственными работами заниматься, — сказал Рудоу и хлопнул от души рядового по плечу. Этим ударом он чуть было не вогнал пацана в землю по пояс. Ноги у Косяка дрогнули, но он все-таки выстоял.

— Разрешите узнать, о каких сельскохозяйственных работах идет речь. Я никакие сельскохозяйственные работы не выполнял, — осмелел Косяк.

— А вот это упущение. Не выполнял, значит будешь. Видишь вон там растут кусты ярлюги?

Косяк обернулся в указанном капитаном направлении и кивнул. Рудоу представлял, какая умственная работа должна сейчас идти у рядового. В стиле «и чего эта сволочь сержант еще удумал, с него станется».

«Ничего еще с недельку попрессую, а потом дам подышать свободно. Я же не зверь в конце концов. Вот Нимрод зверь, а я так погулять вышел» — подумал Рудоу.