Сидящая на кровати Эмбер, встала во весь рост. Ее руки были сжаты в кулаки по бокам, и она глубоко вдохнула перед тем, как заговорить.

– Брин. Остановись.
– Она говорила достаточно жестко, чтобы прорваться через мое волнение безумца, но по напряжению в ее голосе я поняла, что она изо всех сил сдерживалась, что бы сохранить спокойствие и не кричать на меня.

– Во-первых, твое поведение слишком покровительственное. Я сильная и умная, и достаточно способная, чтобы справиться с этой миссией.

– Нет, я знаю это, Эмбер.
– Я поторопилась извиниться.
– Ты превосходный следопыт. Я не имела в виду, что это не так.

– Я знаю, о твоих делах с Константином лучше, чем кто-либо, - продолжила она.
– Так что я понимаю. Но я так же понимаю, какой он большой подлец, и насколько он опасен, и понимаю, как важно вернуть его, чтобы он предстал перед судом за свои преступления.

– Я знаю, - сказала я.

– Но, не в обиду будет сказано, я не отягощена личными чувствами к нему.

Я хотела поспорить с Эмбер по последнему пункту, но не смогла. Всего несколько дней назад я призналась Ридли, что хотела убить Константина, и не дам уйти ему снова. После встречи с Блэком на прошлой недели, я проигрывала в уме наш бой снова и снова, думая о том, как бы причинить ему побольше боли, если мы снова встретимся.

Жажда мести лишила бы меня возможности думать так же рационально и беспристрастно, как Эмбер, поэтому я затихла и опустила глаза.

– Я понимаю всю серьезность ситуации, и держу это под контролем, - сказала Эмбер, в конце концов.
– Вот почему Ридли выбрал меня, а не тебя.

– Я знаю, что ты права, и что он сделал правильный выбор. Я просто...
– я замолчала.

– Ты все еще хочешь поехать сама, - закончила она за меня.

Я подняла на нее глаза и кивнула:

– Да.

– Я понимаю. Но на самом деле довольно большой шанс, что это не Константин. Отчеты были отрывочными. Просто дошли слухи, что он мог быть замечен вблизи другого знатного подменыша.

– Откуда они знают?

– После случая с Линусом фотографии Константина и Бэнта были разосланы во все племена, так что охранники держали ухо востро. Они теперь наиболее разыскиваемые тролли, - объяснила Эмбер.
– Следопыт Трилле забирал одного из своих подменышей, и ему показалось, что он видел кого-то похожего на Константина, а это оказалось рядом с подменышем, за которым я отправляюсь.

– Я знаю, что ты не можешь сказать, кто или где, но, по крайней мере, ты можешь мне сказать, если будешь близка?
– спросила я.
– В случае, если тебе понадобится поддержка.

– Я буду меньше, чем в дне пути от Дольдастама, если ты мне понадобишься.

– И ты позвонишь мне, если я буду тебе нужна? Или Ридли, или Тильде, или кому-нибудь, ведь так?
– спросила я, думая больше о безопасности Эмбер, чем о собственной вендетте. Эмбер была хорошим бойцом, но это был Константин, и он действовал не один.

– Конечно, я так и сделаю, - пообещала она мне с улыбкой.
– Но мне не придется. Я уверена, что все пройдет прекрасно. Следопыт Трилле, вероятно, ошибся, и я обнаружу подменыша в совершенной безопасности и просто приведу его домой.

– Как долго, по-твоему, ты будешь отсутствовать?
– спросила я.

– Чтобы исключить проблемы, Ридли хочет, что бы я побыстрее закончить миссию. Я думаю, что недели будет достаточно, но я не хочу рисковать и пугать подменыша.

– Ну, я была в Чикаго пять дней, и Линус благополучно вернулся, - напомнила я ей.
– Так что я уверена, что все будет хорошо.

– Я тоже уверена.

– В любом случае, я должна отпустить тебя. Если ты собираешься стартовать прямо отсюда.

Прежде чем она ушла, я крепко ее обняла. Эмбер бывала на заданиях и раньше, но я впервые так за нее волновалась. Я не хотела отпускать ее, но, наконец, Эмбер отстранилась. Она улыбнулась мне, обещая, что все будет в порядке, прежде чем повернуться и выйти. Потребовалась вся моя сила воли, чтобы не броситься вслед за ней.

Глава 15.

Трапеза

– Я об этом даже не волнуюсь, - беззвучно произнесла моя мама, словно кто-то мог подслушать.

Ее серый жакет сполз до самых пяток, и она приподняла его повыше вокруг себя, когда мы шли во дворец. Большие алмазные гвоздики сверкали в ее ушах, когда солнце проглядывало сквозь тучи в пасмурном небе.

– Тогда зачем мы делаем это?
– спросила я, продолжая тащиться рядом с ней.

– Потому что они все-таки родственники, даже если не близкие, - пояснила она с ноткой раздражения в голосе.
– И потому, что это хороший жест.