– Ты хороший человек.

– Я не знаю, как смогу взглянуть теперь на Лукаса, но знаю одно: я люблю его. Может, это делает меня глупой, слабой или даже наивной. Меня не заботит. Но неважно, будем ли мы вместе или порознь, я не хочу, чтобы эта сука Сэм делала с ним подобное.

– Она станет вымогать еще больше денег, - говорит Кайли.

– Откуда ты знаешь?

Она приподнимает плечи.

– В этом есть смысл. И он продолжит платить ей, чтобы просто похоронить свой секрет. Что пугает меня больше всего, так это то, что случится, когда ничего не останется? Когда она заберет у него все, и не останется ничего, что бы могло ее в нем удовлетворить?

Я смотрю, как двери дома открываются, и на пороге появляется улыбающаяся бабушка. Но улыбка сползает с ее лица, как только ба видит нас с Кайли внутри внедорожника. Она медленно пятится в дом и закрывает за собой двери.

Я зажмуриваю глаза.

– Не важно, останусь ли я в стороне или вместе с ним, верно?

– Твоя любовь к нему разжигает костер под ее задницей, но нет, это не важно. Она все равно будет донимать его.

Пока не останется ничего, что бы можно было забрать.

И сколько это продлится?

Год?

Еще четыре года?

Оставшуюся жизнь Лукаса?

Я тянусь рукой за сидение Кайли и хватаю свою сумку, а затем тяну ее себе на колени.

– Спасибо, что подбросила меня домой, - шепчу я.

– Нравится тебе это или нет, но ты не отделаешься от меня.

– Знаю, но к счастью, мне это нравится.

Я выбираюсь с внедорожника и бросаю на Кайли взволнованный взгляд поверх плеча, концентрируясь на ее пока что плоском животе. Она тоже опускает глаза.

– Береги себя, Кайли. И расскажи Уайтту о малыше, ладно? Это станет для него событием года.

Впервые с тех пор, как она забрала меня с больницы около часа назад, Кайли весело улыбается, той улыбкой, что привлекла меня в ней при нашем знакомстве.

– Не волнуйся, расскажу. И ты береги себя, Сиенна.

Я киваю и захлопываю дверцу авто.

– Вскоре позвоню тебе.

Но когда медленно поднимаюсь по ступеням на крыльцо, то слышу, как открывается стекло с пассажирской стороны.

– Что мне передать Лукасу?
– спрашивает она, и мои плечи напрягаются.

– Что он идиот, если думает, будто я перестану его любить.

Глава 22

Сиенна

За следующие два дня в мой почтовый ящик поступает два сообщения от Саманты. В одном она снова интересует моим самочувствием, а во втором спрашивает, познакомилась ли я с настоящим Лукасом. Я не отвечаю ни на одно из писем, но и не удаляю их, даже притом, что не представляю, зачем храню эту херню. Все, что знаю, так это то, что они меня выбешивают.

Я не осознаю, что кто-то следит за мной, пока около полудня вторника не замечаю черную машину, припаркованную по улице рядом с моей, буквально в метре от входа в бар "Маяк".

Когда бросаюсь внутрь бара, то почти не могу дышать и оглядываюсь по сторонам. Из-за чего врезаюсь в твердую стену из плоти и крови и вскрикиваю.

– Я поймал тебя, девочка, - Ник, рыжий вышибала, хватает меня за плечи и помогает восстановить равновесие.
– Успокойся. Ты дрожишь как осиновый лист.

Мое дыхание довольно прерывистое, но несмотря на это, мне удается выпалить что-то по типу "думаю, кто-то в той машине за мной следит."

Ник внимательно вглядывается в мое лицо, и я ощущаю, что мои щеки заливает жар. Мышцы его шеи напрягаются.

– Которая машина?
– спрашивает он.

Мы вместе подходим к стеклянным дверям бара, и я указываю на черный седан.

– Ты не мог бы ее проверить, Ники?
– слышу я голос у нас за спинами. Оборачиваясь, я благодарно и немного отчаянно смотрю на Эшли.

– Ты понимаешь.

Пока Ник выходит на улицу, Эшли хватает меня за запястье и ведет к дальнему столику.

– Тебе не нужно на это смотреть, - говорит она.
– Сейчас белый день, и к тому же Ники привык иметь дело со всякими тупицами. Он может справиться с любым ублюдком.

Упирая локти о стол, закрываю лицо ладонями и глубоко вдыхаю, прежде чем провести ими по волосам.

– Я охуенно запуталась.

Спина Эшли напрягается, вытягиваясь по струнке.

– Детка, на тебя напал какой-то псих на парковке всего четыре дня назад. Ты не запуталась. Просто ты нормальный человек.

На входной двери звонит колокольчик, привлекая наши взгляды к идущему к нам Нику, который, к слову, тянет за собой довольно знакомого мне человека. Дэвида. Моя рука взлетает к груди, когда поднимаюсь на ноги, а оба парня останавливаются перед нами.