Между силами добра и зла спокон веков, известно, боренье идёт... У кромешников по сравнению с вершами и обережниками сила малая. Многое, чем верши владают, им неведомо. Так только и могут, что напрокудить да напакостить исподтишка.

У Шипиша Переплёта силы и властей, конечно, поболе будет, только и он перед обережниками отступает... И так сложилось, что верши всегда могут его вещуньи к себе стребовать, чтобы, значит, узнать, чего он там на такого-то человека замыслил.

Шипиш вроде как и отказать не может...

Заявилась Шивера к Переплёту в его кромешное царство и захотела сразу же складбище видеть, где книги-вещуньи лежат.

– - Противно, -- говорит, -- мне тут у тебя находиться. Веди уж быстрей, показывай.

Шипишу куда деваться -- повёл.

Домик с виду маленький, а внутрь войдёшь -- такая там зала огромная, что конца и краю не видно. По стенкам книжные полки до потолка. Книги плотненько заставлены -- ни свободного места, ни просвета. По высоте они все одинаковые, и надписей на них никаких нет. Только тем и рознятся, что одни толстые, а есть и тончавые совсем, да ещё по цвету -- красные, чёрные книги, синие, зелёные... всякие.

– - Тут у меня вся жизнь вылюдья сокрыта, -- не без удовольствия сказал Шипиш.
– - И прошлая и будущая.

Шивера над этим знай посмехается.

– - Ишь, -- говорит, -- хватил! Какие же это судьбы -- так, игришество одно. Взял смотри-ка, что плохо лежит, и уже -- моё... Эх, простота, простота. К моим-то, поди, не подступиться, а?! Ясно дело! У меня-то всё крепко уложено. Как я порешу, так и будет.

Шипиш промолчал, а Шивера давай дальше костерить:

– - Тебе чёрнокоренных родов мало? Поди, и на мои поглядываешь?

– - Ладно, -- приглушенным голосом проговорил Шипиш, -- говори, зачем пришла? Чего надобно?

– - Хочу посмотреть, что ты на мою Талю намыслил.

Шипиш будто испугался, а всё же опять угрюмый вид на себя напустил.

– - Опомнись, -- устало отмахнулся он, -- куда мне с её душой тягаться!

Обережница смерила Переплёта с прищура. Взгляд у неё колкий, а иной раз как уставится -- так и буравит, так и буравит, не отрываясь. Шипиш глаза и отвёл...

– - Знаю я, что у неё душа улетела, -- усмехнулась Шивера.

Шипиш мельком глянул -- без всякой так-то мысли в глазах -- и опять в сторону засмотрелся.

– - Воля ваша, -- покорно сказал он и "понуро" побрёл к полкам.

Потом Шивера домой воротилась и, усмехаясь, говорит Ма-Мару:

– - Не хотел давать. Испугался сильно. Только я ему про Талю сказала, так и затрепыхался. Заюлил, завертелся как волчок. А я стою посмеиваюсь: и куда ты денешься? Не дурочка перед тобой.

Книга, -- так это что название одно. С виду схожесть есть, а на самом деле там и букв никаких нет. На каждой странице лишь даты жизненные. Построчно каждый денёк записан. Ткнул пальцем в нужную цифру-дату, и тотчас же будто экран перед глазами наявляется. А на нём событие, какое с человеком случилось или произойдёт в будущем, во всякой подробности представляется. Хочешь, весь этот день смотри, а то и нужные моменты выискивай. Если же дату не знаешь, а событие найти надобно, можно и просто сказать перед вещуньей. Тогда она сама полистает у себя там, подумает, посмотрит -- ну и покажет, как обычно. Подольше так будет, конечно, но зато без путаницы.

***

Принёс Ма-Мар вещунью, и Шивера давай её листать да нужное выискивать.

У Тали запись -- первая, стало быть, страница -- с того момента пошла, когда ей гадалка "всюю правду открыла". Но решили не с начала смотреть -- Шивера тут схитрила, -- а когда Тале сорок лет исполнилось.

– - Там она уже замужем, -- наставляла Шивера.
– - Вот сами и увидите.

– - Да уж непременно замужем, -- поддакнул и Ма-Мар.
– - Сами видели. Она у нас как солнышко...

– - Ух ты, интересно, -- вытянула тонкую шею Юлька.-- Какая она там? Наверно, серьёзная мамаша большого семейства. А старушкой она, конечно, смешная совсем.

Шивера открыла вещунью на нужной странице и ткнула в первую попавшую дату. Тут и наплыло на весь экран видение.

Талю вовсе и не узнать в годах-то. Мираш ажно недоверчиво прищурился и на Шиверу оглянулся (как ни странно, чем-то она на Шиверу походить стала). Годы, конечно, и всё же...

Где там узнать! Таля-то хрупкая милая девушка, с трогательными глазами и застенчивой улыбкой, а тут дама солидная, могутная в теле, в автомобиле сидит. Живости в глазах -- никакой, только тяжесть и довольство сытое, и надменность суровая. Макияжу многонько на лицо положено, а вкуса не чувствуется. Ну и в драгоценностях дама вся. Каждый палец перстнем или кольцом широконьким прихвачен. Шуба на ней из дорогого меха, шапка тоже богатимая. Так-то глянешь -- и всё в ней величаво.

Юля не сдержалась и прыснула в ладошку.

– - Во Таля даёт!
– - смеялась она.
– - Нагуляла на сочной травке бока. А это кто, муж её, что ли?

Вокруг машины мужчинка кругластый выхаживает, чванливо смотрит, как ему в багажник коробки складывают.

– - Из магазина, видать, эти коробочки?..
– - шутила Юля.
– - Таля довольная... Да! Точно из магазина!

А тут что произошло. Какой-то старичок мимо проходил -- а скользко, видно, было, -- и он -- надо же такому случиться!
– - поскользнулся и нечаянно на автомобиль облокотился...