Шрифт:
– Браво! – Фигаро улыбнулся. – Замечательно!
Мари выглядела усталой, но довольной. В скудном свете стены было видно, что ее щеки раскраснелись, а глаза блестят. «Молодец», подумал Фигаро. «Молодец, девочка. Пять с плюсом»
Он подошел к девушке и галантно поклонился.
– Мари! Теперь слушайте меня очень внимательно. Пока что я узнал все, что мне нужно. Так что сейчас мы Вас покинем. Как следователь ДДД по Вашему делу я обязан представить предварительное заключение по Вашему делу не позднее, чем через две недели. Считайте, что они у Вас есть. С Вами здесь хорошо обращаются?
– О да, – она кивнула. – Мне позволены прогулки, кухня тут прекрасная, комната, где меня содержат тоже. И еще у них замечательная библиотека.
– Прекрасно. Гуляйте, читайте, отдыхайте. Думаю, в скором времени все решиться.
Мари Кросс кивнула и внезапно взяла Фигаро за руки. Он вздрогнул от неожиданности. Руки у нее были прохладными и мягкими; от нее слабо пахло чем-то домашним: яблоками, камином, накрахмаленными простынями.
«Как у Эльзы», подумал следователь и тут же безжалостно раздавил эту мысль, пинком отправив обратно в темные коридоры сознания.
– Фигаро, – тихо сказала Мари, – можно задать Вам вопрос? Личный?
– Ну конечно, – он чувствовал себя смущенным, как никогда.
– Вы думаете, я могла убить его? Убить сама не понимая, что делаю? Вы ведь знаете, такое возможно.
– Я… Понимаете…
– Просто скажите: МОГЛА или нет?
Фигаро внимательно посмотрел ей в глаза.
И не сказал ничего.
– Фу-у-ух! – выдохнул Гастон, когда они вышли за дверь. – Ну и дела!
Он запустил пальцы в шевелюру и взъерошил волосы, отчего сразу стал похож на мокрого ежа. Достал портсигар, сунул в рот сигарету и еще одну протянул Фигаро. Тот поморщился, но взял. Сосредоточился, щелкнул пальцами, и сигареты у обоих вспыхнули сами собой.
– Ненавижу это место, – сказал Гастон. – Вроде бы и не каземат, но, скажу честно, видал я казематы, которые были приятнее, чем эта «больница».
– Инквизиция. Что поделаешь, – следователь выпустил струйки дыма из ноздрей. – Хороший табак, как ни странно.
– Это не совсем табак, – извиняющимся тоном пробормотал Гастон. – Это смесь крепчайшего «Пэрика» и отличного халифатского гашиша. Контрабандный товар, привозят лично Матику. Вы уж извините…
– За что? – Фигаро затянулся. – Я категорически против всякой алхимической дряни, от которой проваливаются носы, отмирают вены и дохнут серые клеточки мозга. Но я с глубоким уважением отношусь ко всему, что растет на матушке-земле и дарит ее обитателям радость и покой. Просто мы иногда по глупости своей злоупотребляем этими дарами…
Они выехали за ворота и через пару кварталов свернули на Малую Жестянку. Копыта защелкали по каменным плитам. Гастон достал брегет, поднял тонкую, черненого серебра крышку и посмотрел на стрелки.
– Почти четыре. На половину пятого у нас назначено у господина Алистара.
– Отлично, – Фигаро докурил и выбросил окурок в лужу. – Пожалуй, на этом господине мы сегодня закончим.
– Вы устали?
– Я? Да, черт возьми! Я устал и голоден как дикий лев. Нет, как два диких льва.
– Когда мы освободимся, я покажу Вам самую лучшую ресторацию в городе. Уютную, недорогую, а главное – там великолепная кухня.
– И холодная водка?
– Ледяная!
– И в пиве нет водопроводной воды?
– Ни капли!
– М-м-м-м… Может, ну его, господина Алистара? Завтра будет день…
– Алистар Метлби более всего ценит в людях пунктуальность, – заметил Гастон.
– Эх… – Фигаро с тоской вдохнул запах близкой шашлычной. – Ну ладно. Работа – прежде всего.
Дом Алистара Метлби, дипломированного колдуна, магистра, лауреата и почетного члена нескольких академий произвел на следователя неожиданно приятное впечатление.
Во-первых, он находился на приличном удалении от городского центра. Им пришлось почти полчаса пробираться по разбитой грунтовке мимо водонапорных башен, мельниц и чьих-то огородов, прежде чем они подъехали к пологому холму на котором стоял дом Мэтлби.
Во-вторых, сам дом был лишен той вымученной импозантности с претензией на роскошь, которой злоупотребляло так много чародеев при проектировании своих жилищ. Это было узкое трехэтажное здание, облицованное белым камнем и увенчанное красивым шпилем на вершине покатой черепичной крыши. Фасад украшали легкомысленные декоративные колонны; высокие стрельчатые окна казались удивленно приоткрытыми глазами какого-то сказочного великана, а каминных труб было целых три и все разные: большая кирпичная, маленькая с жестяной «шапочкой» наверху и толстая жестяная труба, явно копирующая трубу паровоза. Ограда вокруг дома была чисто символической и едва доходила до бедра человеку среднего роста, а за оградой начинался маленький, но милый садик с фонтаном. Такой себе дом доброго волшебника.
Гастон остановил коляску у калитки и указал Фигаро на дверь.
– Идите. Он Вас ждет.
– А Вы?
– Мне он не назначал, – улыбнулся заместитель Матика. – Не переживайте, я подожду здесь. Я и так вижу Метлби каждый день, еще успею намозолить ему глаза.
– Ну… Хорошо. Ладно. А что он за человек, этот Алистар?
Гастон рассмеялся.
– Увидите. Самый настоящий колдун с головы до пят.
– То есть его лучше не злить?
– Можете злить его сколько угодно, у него ангельских характер. Только потом не удивляйтесь тому что в Вас случайно попадет шаровая молния… Шучу, конечно. Алистар – настоящий джентльмен.