Метбли помолчал, потер пальцем лоб и медленно произнес:

– Господин Фигаро, а Вы никогда не подумывали о переводе в Коллегию при Университете Метафизики? По-моему Ваша работа в ДДД никого особо…

– Нет, – жестко отрезал следователь. – Но я благодарю Вас за любезное приглашение. Моя работа, которая, как Вы совершенно справедливо заметили, никого и не особо, не оставляет мне столько свободного времени. Поэтому я просто задам Вам один-два вопроса и скромно удалюсь. Во-первых: не показалось ли Вам, что поведение госпожи Мари в последнее время стало… несколько необычным? К примеру, беспричинная нервозность, депрессии…

– …головные боли, нездоровый цвет лица, плохой аппетит, нарушения сна?

– Вот именно.

– Нет. Никаких признаков псионического воздействия на Мари я не заметил.

– Я всего лишь пытаюсь учесть все возможные варианты, – извиняющимся тоном произнес следователь. – А никаких странных писем она не получала? Или, может быть, были странные посетители?

– Я не заглядываю в ее корреспонденцию. А что до посетителей… Нет, вроде бы, ничего такого… Ах, да! – он хлопнул рукой по лбу, – Был один смешной тип, который хотел встретится с Мари, но она в тот момент работала с документами в городском архиве. Разумеется, по моей просьбе.

– Какой еще «смешной тип»? – Фигаро навострил уши.

– Да какой-то историк. По крайней мере, он называл себя историком из… Черт, не могу вспомнить. Хотел обсудить с Мари ее последнюю статью, уточнить какие-то моменты. Я сказал ему, что все работы госпожи Кросс издаются под моей редакцией, и он вполне может обсудить со мной все, что его интересует, но он хотел поговорить именно с Мари… Чудной тип, упертый, как осел.

– Как он выглядел?

– Ну… Лет под пятьдесят. Гладко выбрит, волосы с проседью… Ничем не примечательное лицо. Цвет глаз не помню; он все время прятал лицо под шляпой. У него была совершенно замечательная шляпа – такой себе колпак с широченными полями. Одет был… кажется, в черное пальто. Потертое такое… А почему Вы спрашиваете? Это важно?

– Может и не важно. – Фигаро потер пальцами виски. Голова начинала понемногу побаливать, как это всегда бывало у него под вечер. «…Вечер – нежити пора, марш, ребята, со двора…» – А что потом?

– Да ничего. Я сказал, что если ему так уж необходима Мари, то он может подойти вечером, после шести. Он поблагодарил и ушел, но так и не вернулся.

– Кто еще его видел? В смысле, кроме Вас?

– Ну, охрана на воротах, конечно, должна была видеть. И, может, кто-то из прислуги.

– Охрана? То есть, его записали в книгу посетителей? Когда?

– Конечно. Его же пустили ко мне в кабинет. Получается, что он, действительно, историк. Весь ученый свет входит ко мне без стука, это у нас в Летнем Доме неписаное правило. Это было… ага, пятнадцатого числа этого месяца.

– «У вас в Летнем Доме»? А, извиняюсь, Вы-то кем приходитесь Матику?

Магистр засмеялся.

– Ну, де-юре я консультант Матика по всем вопросам, связанным с метафизикой. И это, кстати, правда. Де-факто я его личный колдун, друг семьи, домашний врач, учитель и еще бог весть кто.

– Королевский волшебник?

Да, – кивнул Метлби улыбаясь. – Королевский волшебник, лучше не скажешь.

– Ну, ладно, господин Королевский Волшебник, – Фигаро с некоторым сожалением встал с уютного кресла, – пора мне Вас покинуть. Как скоро можно ожидать результатов сканирования?

– Это зависит от множества самых разных факторов, – Метлби пожал плечами. – В том числе, и от самого обыкновенного везения. Может быть, я управлюсь за пару часов, а, может, понадобится несколько суток. Как только будут результаты, я немедленно Вам сообщу.

– Как мы с Вами свяжемся? Голубиной почтой?

– Это ни к чему. Я ненавижу голубей – та же помойная крыса, только в перьях и с крыльями. А Королевской Почте доверяю еще меньше, чем муниципальным зубодерам.

– О! Вы явитесь ко мне с личным визитом? Польщен!

– Зачем это еще? Колдун я или кто? – Магистр открыл ящик стола и принялся в нем копаться. – Хм… Да… Куда же я ее спрятал?.. А, вот. Держите, Фигаро.

Он протянул следователю небольшой цилиндрический предмет, в котором Фигаро без труда узнал самопишущую чернильную ручку.

– Это коммуникатор. Сами разберетесь, как пользоваться. Сработан лично мной, а, значит, действует безотказно.

– О! – Фигаро с поклоном принял «ручку». – Благодарю. Верну, как только закончу с делом госпожи Мари.

– Это подарок, – махнул рукой Метлби. – Пользуйтесь на здоровье. И почаще хвастайтесь – там стоит мое личное клеймо.

– Вам не хватает рекламы? – следователь сунул устройство в нагрудный карман.

– Нет, – ухмыльнулся Метлби. – Я просто люблю погладить свое тщеславие. Колдун я или нет, спрашивается?!