В зале был включен телевизор, и Марина заглянула в приоткрытую дверь.

– Малина проснулась! – весело крикнула Дина, – а мы мультики смотрим про Спанч-Боба!

– Выспалась? – спросил ее Антон.

– Да, выспались… Антоса, а когда у нас будет завтлак? – робко спроcила Дина.

– Еду обычно готовит… мама, – задумчиво сказал Антон и посмотрел на Марину. Дина тоже посмотрела на Марину, и Марина, поймав их взгляды, занервничала.

Действительно, она больше всех подходила на роль мамы, но, оценив все "за и против", всё же отказалась.

– Что вы на меня так смотрите? – удивленно спросила она, – я не буду мамой. Мне, может, тоже хочется, чтобы кто-нибудь побыл моей мамой и мне завтрак приготовил.

– Да, Марин, ты не сможет быть мамой! – подержал ее Антон, – ты же готовить не умеешь!

– Что? Это я-то не умею? – рассердилась Марина, – да я вообще классно готовлю! Но готовить я не буду, потому что у меня тетрадки по "трудам" нет!

– А зачем тебе тетрадка по "трудам"?

– А затем, что у меня там все рецепты записаны. Мы на уроках сначала рецепты записывали, а потом готовили.

– А наизусть ты что, не помнишь?

– Вот еще! Буду я помнить!

– Ой, Шальнева, и зачем только я тебя с собой взял? – рассердился Антон. – Но тут он вспомнил про деньги, и это значительно подняло ему настроение.

– А у меня есть четыре косаря! – радостно сообщил он, – и я собираюсь пойти их потратить. Кто со мной?

– Я! – крикнула Марина

Первый день самостоятельной жизни прошел очень весело. Они сходили в кино, пообедали в Мак-Доналдсе, погуляли по набережной. Потом покидались во дворе снежками, и, веселые и уставшие, вернулись домой.

А поздно вечером Марина даже порадовала их своим первым кулинарным опытом.

– Суп с курицей! – радостно объявила она, а потом наблюдала как Антон и Дина изучают серое, густое месиво, которое при всем желании невозможно было назвать "супом с курицей".

– Марин, а ты сама то это пробовала? – спросил Антон.

– Неа, – честно ответила девочка.

– Ну-ка, иди сюда, – сказал он, хватая со стола тарелку.

– Неа! – крикнула Маринка и на всякий случай закрылась в ванной…

Второй день прошёл так же весело и беззаботно – спали до двенадцати дня, потом обедали – кола, чипсы и мороженое. Прогулки без шапок, телевизор до полуночи – все это было так классно и весело, что Марина даже отложила свое возвращение в детдом еще на несколько дней.

Первые два дня проблем не было вообще. Проблемы начались позже. Закончились деньги, а с ними веселье. И ребята посидели, подумали и решили, что теперь нужно зарабатывать деньги самим. В детском доме они научились многому и поэтому решили пойти старым проверенным путем – Антон решил "тырить" продукты в Супермаркете, а девочки отправились в пешеходный переход петь песни.

Желающих заработать денег в подземном переходе и без девочек было предостаточно – женщина и собирала деньги на лечение больной дочери, чуть поодаль мальчишки, безжалостно перевирая мотив, пели "Владимирский централ", а около магазина сидел одноногий дед и играл на аккордеоне "Катюшу".

Марина и Дина поставили перед собой маленькую коробку, для вида накидали туда мелочи и уселись на два ящика.

Мальчишкам, сидящим в переходе, такая конкуренция, похоже, не очень понравилась, и они стали перешептываться и злобно косится на девчонок. Но девочки не обратили на это никакого внимания.

– Песня про дельфиненка, – объявила Марина, и начала концерт.

Это был ее коронный номер. Когда она пела, равнодушным не мог остаться никто, и в их коробку тут же посыпались монеты растроганных прохожих.

После третьего куплета Дина разрыдалась, а какой-то нетрезвый мужик, тяжело вздохнул и швырнул в коробочку стольник.

– Ух ты, спасибо! – восторженно сказала Марина, хватая бумажку.

– Не за что. А ты про Чечню не споешь? – спросил Марину подвыпивший вояка.

– Не спою, – ответила она, – у нас тут не концерт по заявкам.

– Дина, сиди здесь, я пойду попить нам куплю, – предупредила она девочку и побежала в магазин.