Витя Огринчук всегда слишком увлекался и сейчас был уверен, что Глоба намерен совершить страшное преступление. Зачем это было нужно Глобе, он не знал, но был глубоко уверен в своей правоте.

Андрюша, немного благоразумнее своего товарища, думал иначе. Правда, он тоже предполагал: здесь не все в порядке, но о преступлении он не думал.

Действительно, зачем Глобе обещать достать для Васи скрипку, если бы он к нему плохо относился?

Вася прекрасно играет на скрипке. Это увлекло и удивило обоих ребят в равной мере. Вася научился так хорошо играть, а они, ребята, которые знали решительно все в городе, даже понятия об этом не имели. Это было даже обидно.

Однако Васина музыка им очень понравилась.

Гуляющих на набережной стало совсем мало, когда двое парней решили, наконец, пойти к своему учителю, к Борису Петровичу Короткову, и посоветоваться с ним.

Приняв такое решение, ребята тотчас же двинулись в путь и через несколько минут уже стояли перед дверью дома, где жил Борис Петрович.

Во всех окнах еще горел свет, и ребята с облегчением вздохнули: поднимать с постели Бориса Петровича они не хотели.

Несколько минут они торговались перед дверью, кому постучать и кому первому войти. Затем Витя Огринчук вдруг набрался смелости, и с таким видом, будто бросался в холодную воду, трижды сильно ударил кулаком в дверь и остановился в ожидании.

Ждать пришлось недолго,

Дверь приоткрылась, и на пороге появилась фигура согнутой старушки.

— Нам нужно увидеть товарища Короткова, — крикнул Витя. Он крикнул это изо всех сил и сам удивился, чего это он кричит.

— Заходите, заходите, голубчики, — прошамкала бабушка, шире растворяя дверь.

Ребята зашли в комнату.

— Вот здесь он живет. В эти двери постучите, — сказала бабушка и ушла.

Уже не торгуясь, Витя уверенно стукнул в дверь и, услышав негромкое «да», вошел в комнату.

Борис Петрович был в комнате не один и поэтому ребята, переступив порог, остановились и смутились. За столом, перед шахматной доской сидел человек в форме командира военного флота. Удивленно, так же, как и Борис Петрович, он осмотрел двух маленьких гостей и, улыбнувшись, отодвинул доску.

Борис Петрович был удивлен до крайности. Это был первый случай, когда кто–то из учеников пришел к нему домой. Взволнованные, с признаками огромной ответственности на личиках, ребята, очевидно, имели какие–то очень важные новости, если решились прийти так поздно. Видимо, что–то случилось в школе или с кем–то из школьников.

Борис Петрович забеспокоился, но ничем не выдал своего волнения.

— Добрый вечер, — приветствовал он неожиданных гостей, — а чего это вы не спите? Вам же давно пора спать.

— Нельзя спать, — буркнул Андрюша и замолчал, не зная, как лучше приступить к делу.

— Что же такое случилось, что даже спать нельзя? — засмеялся Коротков.

— Завтра… Вася… идет… на скалу… доставать… из воды скрипку, — вдруг выпалил Витя и, понимая, что с этого предложения Борис Петрович понял, пожалуй, немного, добавил для объяснения: — С бандитом.

— Какую скрипку? С каким бандитом? — развел руками Борис Петрович. — Ничего не понимаю.

Андрюша в мыслях обругал безголового Витьку и сам взялся за дело.

— Один человек, — сказал он, — завтра поедет на яхту «Галатея» в девять часов вместе с Васей. Там в воде в рулевой рубке лежит скрипка, и Вася ее завтра будет доставать. Этот человек бандит и контрразведчик. Это точно. Мы хотим, чтобы вы помогли нам спасти Васю.

— С первого числа мы начинаем поднимать «Галатею», — сказал эпроновец.

Но на Андрюшу и Витю это не произвело никакого впечатления.

Захлебываясь и перебивая друг друга, они начали рассказывать Борису Петровичу чисто все, что знали про Васю и про Глобу, о том, как Глоба приехал к старому водолазу Огринчуку, как с водолазом ничего не получилось, как Глобы угощал Васю мороженым и заставил его играть на скрипке, как замечательно играл Вася, как папа Мустамьяки предложил Васе играть в кафе, как Глоба рассказывал сказку о скрипаче и, наконец, как Глоба обещал помочь достать скрипку с утонувшей яхты.

История со скрипачом в захватывающем изложении Вити Огринчука приобрела немного странные формы, но все же Борису Петровичу и эпроновцу удалось понять все до конца.

Когда все было рассказано и Борис Петрович понял, кто такой Глоба и чего Вася поедет завтра к яхте «Галатея», эпроновец вдруг поднялся, неизвестно для чего передвинул пешку на доске. Затем стукнул королевой по черной клеточке и сказал:

— Это мне не нравится.

— Мне тоже не нравится, — подтвердил Витя.

— И мне, — отозвался Андрюша.