Я не стала разъяснять, что потратила на это достаточно много усилий…

– Я и раньше такая была, – на всякий случай я решила перестраховаться, – И до того, как узнала, что нашему шефу нравятся деловые дамы… Ты на меня злобу не таи…

– Нет-нет, – легко отмахнулась Лиза, – О злобе и речи быть не может. За тебя я совершенно спокойна.

Тревожный колокольчик зазвенел у меня внутри.

“С чего это вдруг? Лиза настолько ревнива, что из-за одного взгляда Лихогона решилась на рискованное мероприятие по слежке.… Почему же ко мне она не ревнует? Нестарая еще вдова, полностью отвечающая запросам Петра Степановича.… То ли Лихогон на меня вообще не смотрит, то ли Лиза догадывается о моем настоящем семейном положении. Но откуда? Ох, это все мои нервы. Придумываю непонятно что.… Нет. Пора поскорее завязывать с этим делом”.

– Неужели я так отвратительно выгляжу? – решила все-таки уточнить я.

– Ой, – смутилась Лиза, – Я не то совсем хотела сказать, – на миг она задумалась, формулируя, -Ты не опасна для Пети, потому что производишь впечатление очень порядочного человека… Очень-очень порядочного человека…

– А Петр Степанович предпочитает непорядочных?

– Да нет! Просто ты кажешься мне честной. Кроме того, мы подружились с тобой. У меня всегда была нехватка подруг. Не умею сходиться с людьми. А с тобой, вот, сошлась… Раз ты на моей стороне, значит, не станешь вредить моему счастью. Как порядочный человек, не станешь строить козни за моей спиной…

Когтистые лапы моей совести безжалостно заскребли по хлипким стенкам душевного спокойствия. Ну что за дурацкая работа у меня? Обманывать доверчивых сограждан, которые, к тому же, сами же распахивают перед тобой душу, оказалось непосильным трудом.

– Перейдем к сути, – я поспешила сменить тему, – Итак, как стать этой самой женщиной типа “Партнер”? Существует несколько путей. Самый беспроигрышный, увы, отпадает.

– Какой же?

– Ею нужно родиться.… Увы, эта возможность упущена безвозвратно…

– Нет, – Лиза отчаянно замотала головой, – Ты совсем не понимаешь меня. Зачем бы мне нужен был мужчина, отвечая требованиям которого, я была бы вынуждена всю жизнь ломать себя?

Глаза мои моментально расширились. Столь сложного построения мыслей я от Лизы не ожидала. Пришлось напрягать мозги, чтоб понимать её. Мысль показалась мне довольно интересной.

– Раз я выбрала его, – продолжала Лиза, – Значит, его требования подходят мне. Ломать ничего не придется. Я, на самом деле, отвечаю запросам. Я и есть эта самая женщина-напарник. По крайней мере, всегда была именно такой. Родилась именно такой. Просто.… Понимаешь, вижу его, и моментально впадаю в панику. Делаю глупости, говорю нелепости, а в голове – пустота… Конечно, ему и в голову не придет искать во мне свой идеал.

– Очень может быть, что ты права. Значит, тебе нужно научиться владеть собой. Кроме того, женщина-партнер не может позволить себе быть профаном в том, в чем её мужчина разбирается досконально. Хотя бы общие представления иметь нужно…

Я говорила, а сама пыталась оценить собственное соответствие описанной выше женщине. Ну, уж нет! Если бы я вознамерилась получить представления обо всех интересующих Георгия темах, то времени и сил на собственные интересы у меня бы попросту не осталось.

“А может я эгоистка?!” –эта мысль мрачным грузом возлегла на сознание, придушив на миг все остальные помыслы. Отчего-то мне всегда патологически важно было стремиться к самосовершенствованию, – “Точно. Ужасная эгоистка. Докатилась”, – накручивала я себя, вспоминая все недавние поступки и примеряя их к придуманному образу. Образу эгоистки мои поступки оказались до противного впору. Жить с этим дальше казалось невозможным. Необходимо было срочно исправляться.

– Знаешь, – я тут же принялась за дело, – Кажется, я смогу помочь тебе.

Усердно рассуждая о возможностях Лизы, я заставляла себя совсем не думать про Пёсова. Тренировала отсутствие эгоизма: жертвовала своими потребностями ради чужих. Давалось мне это, надо заметить, с очень большим трудом.

– Проси взамен, что хочешь, – горячо зашептала Лиза.

– Ничего не хочу, – из последних сил выдавила из себя я. Попросить информацию о Пёсове было слишком рискованно. В любой другой ситуации, ради собственного комфорта я бы пошла на такой риск. Или вызову какое-то поверхностное, смутное подозрение, или в триста раз упрощу себе задачу… Эгоистичная я, безусловно, выбрала бы второй вариант. Но я мужественно сдержалась. Пусть задача моя остается сложной, но зато интересы Георгия гарантированно не пострадают, – Хочу, чтоб у тебя все получилось, – я решила всерьез взяться за устройство Лизиного счастья, – По крайней мере, объясню, как работать с компьютером и как оформлять документы. После этого можно будет придумать, чем ты можешь разгрузить Петра Степановича. Какую-то часть работы заберешь под свою ответственность, чем тут же заслужишь уважение любимого. Тут уж он не отвертится – обратит на тебя внимание и осознает, какое сокровище восседало у него перед носом всю жизнь…

– Даже став самой умной, я ни за что не смогу продемонстрировать это при Пете. Растеряюсь и буду глупо молчать при звуках его голоса… Понимаешь, это практически физиологический процесс, с которым я ничего не могу поделать. Когда я вижу Петра, у меня в груди происходит что-то странное. Дыхание перехватывает. Накатывает что-то такое… Щекотное…

Я попыталась представить описываемые ощущения.

– Я такое испытываю, когда тошнит, – честно заявила я после эксперимента, – Может, это у тебя не любовь вовсе? Может наоборот? Может, он – чудовище? Может, он тебе противен?