Мир вокруг меня вздрогнул.

— Ты живешь у Джадда, да? — спросил человек без лица. — Мы с ним давно знакомы.

Давно знакомы.

Мои глаза распахнулись. Я села — на этот раз в постели. Мои руки сжимали простынь. Я запуталась в ней и не могла перестать дрожать.

Я проснулась.

Я ощупала свои ноги, грудь и руки, словно пытаясь убедиться, что часть меня не осталась в том сне, на берегу реки Потомак.

Воспоминание.

Сцена, побег, похорон заживо — это всё было делом рук моего извращенного подсознания. Но разговор у реки? Он был настоящим. Он состоялся сразу после того, как я присоединилась к программе.

Я больше никогда не видела того мужчину.

Я сглотнула, думая о конверте, адресованном Джадду, который Найтшэйд оставил в самолёте. Я думала о письме, в котором он подписался «старым другом». Найтшэйд знал наши имена. Он забронировал для нас билеты, потому что он хотел, чтобы Джадд знал: в любой миг он может добраться до каждого из нас.

Если я была права насчёт всего этого — насчет того, почему Найтшэйд оставил ту записку, насчёт его зацикленности на Скарлетт, которая стала его последним достижением, а с ней и на Джадде — было несложно поверить в то, что Найтшэйд мог заскочить поздороваться, когда в жизни Джадда появился новый человек.

Правила своеобразны. Девять жертв в даты Фибоначчи. Обычно убийцы убивают, пока они не попадутся — но эта группировка была другой. Члены этой группы не попадались.

Потому что они останавливались.

Джадд сидел на кухне. А с ним и пара агентов, назначенных на нашу защиту.

— Можете дать нам минутку? — спросила я у них. Прежде чем продолжить, я дождалась, чтобы они ушли. — Я должна кое-что у вас спросить, — сказала я Джадду. — Вы не захотите отвечать на мой вопрос, но вы должны.

Перед Джаддом лежал кроссворд. Он опустил карандаш. Я сочла этот жест просьбой продолжить.

— Учитывая всё то, что вы знаете о деле Найтшэйда и о нём самом, учитывая то, что было в том конверте — вы считаете, что он приехал сюда за нашим убийцей и случайно наткнулся на вас или что… — у меня пересохло в горле. Я сглотнула. — Или вы думаете, что он всё это время следил за нами?

Мои теории были всего лишь теориями. Моя интуиция была хороша, но не идеальна, и у меня было слишком мало информации, чтобы знать, в чём я ошибалась.

— Я не хочу, чтобы ты работала над делом Найтшэйда, — сказал Джадд.

— Знаю, — ответила я. — Но вы должны ответить на вопрос.

Больше минуты Джадд неподвижно стоял, глядя на меня.

— Найтшэйд кое-что посылал своим жертвам, — сказал Джадд. — Прежде чем убить их, он посылал им цветок. Соцветие белладонны.

— Вот, почему его назвали Найтшэйдом, — произнесла я. — Мы думали, что он использовал яд…

— О, конечно использовал, — сказал Джадд. — Но не белладонну. Его яд было невозможно выявить и невозможно излечить. — По лицу Джадда скользнула тень. — Мучительная смерть.

Ты отправлял им кое-что, чтобы они знали, что их ждёт. Ты наблюдал за ними. Ты выбирал их. Ты помечал их.

— Я никогда не думал о том, что он может всё ещё наблюдать, — теперь голос Джадда звучал твёрже. — Мы думали, что убийца Скарлетт либо за решеткой, либо мёртв. Но зная то, что мы знаем сейчас? — Джадд откинулся на спинку стула, не отводя от меня взгляда. — Думаю, этот сукин сын наблюдал за нами. Думаю, он убил бы ещё дюжину людей, позволь они ему. Но раз уж ему пришлось ограничиться девятью…

Он извлёк из них максимальную пользу.

Я закрыла глаза.

— Думаю, я встречалась с ним, — сказала я. — Прошлым летом.

ГЛАВА 49

Я не смогла описать внешность мужчины. От Майкла, который был со мной у реки в тот день, тоже было не много пользы.

Каких-то три минуты, шесть месяцев назад. Мой мозг полнился самой разнообразной информацией — но даже во сне я не смогла различить лицо фантома.

В мои мысли пробился голос Майкла.

— Кажется, сейчас самое время отвлечься.

Я сидела на диване, глядя в никуда. Майкл сел на другой край дивана, оставляя между нами место для Дина.

Как бы запутанно всё не было в наших отношениях, происходящее было куда важнее.

— Ладно, — судя по всему, Майкл решил, во что бы то ни было, принести веселье в момент, где его очень не хватало, — раз уж недавно я против своей воли поучаствовал в на удивление жестоких соревнованиях по борьбе в грязи, — он сердито стрельнул глазами в Лию, — возможно, мы могли бы…

— Нет, — Дин сел между нами с Майклом.