Шрифт:
Поневоле припомнились вехи главных событий последних двух лет…
При первой вести о смерти матери Павел по тревоге поднял свои гатчинские войска и на марше бросился в Петербург. Первым делом занял все входы и выходы во дворце. Бросился в покои матери, сам перелистывал все бумаги. С искаженным лицом, он, наскоро просмотрев, бросал в огонь пачку за пачкой еще пахнувшие духами бумаги…
Зубовы, как и вся «околотроностраждущая» челядь во все времена и эпохи, первыми оказались на месте. Узнав у Платона, «где стоит шкатулка с известными бумагами», брат Николай взял какой-то лист и протянул Павлу. «Павел, взглянув на оную, разорвал ее, обнял Зубова и тут же возложил на него орден Святого Андрея. По вступлении же своем на престол Павел сделал его обер-шталмейстером двора». Здесь же Павел нашел загадочное завещание матери вместе с другими секретными записями…
Распорядившись, где и как ее хоронить, Екатерина просила «носить траур полгода, а не более, а что меньше того, то лучше…
Библиотеку мою со всеми манускриптами и что с моих бумаг найдете моею рукой писано отдаю внуку моему любезному Александру Павловичу.
Копии с сего для лучшего исполнения положены в таком верном месте, что через долго или коротко нанесет стыд и посрамление неисполнителям сей моей воли…
Для блага империи Российской… советую отдалить от дел и советов… принцев Виртенберхских и с ними знаться как возможно менее, равномерно отдалить от советов обоего пола немцев». И ни слова о нем, законном наследнике, напротив — намек не только отстранить его, но и жену — «обоих пола немцев».
По существу покойная признала, что ее Павел — немец, сын немки и отца — более чем полунемца… Что сулило это России? Этим вопросом задавались всюду…
Воцарившись, император первым делом короновал своего умершего отца, Петра III. Затем останки вместе с гробом Екатерины II захоронили в соборе Петропавловской крепости. Отныне, согласно указу Павла I, наследование престола происходило по праву первородства в мужском колене. С тех пор тронного кресла династии Романовых ни разу не коснулись дамские юбки…
В наследство от Екатерины II новый император получил хотя и неплохо организованный, но довольно ветхий флот. «С восшествием нашим на прародительский престол приняли мы флоты в таком ветхом состоянии, что корабли, составляющие оные, большей частью оказались по гнилости своей на службе неспособными». Павел I намеревался реорганизовать флот, усилить его новыми кораблями, лучшими, чем иноземные. Приверженность флоту он подтвердил в первом же приказе:
«Его императорское величество сохраняет за собой звание генерал-адмирала». Следующим приказом возвратил Морской кадетский корпус из Кронштадта в Петербург. Вскоре открыл в Петербурге и Николаеве училища корабельной архитектуры, которые замыслил, еще путешествуя по Средиземному морю.
Впервые после Петра I ввел основной закон флотской жизни — Морской устав. Нечего сказать, заступивший на престол монарх, пожалуй, впервые после своего великого прадеда не только знал, но и понимал нужды флота.
Дел государственных хватало по горло — расчищал завалы косности, стяжательства, барской лености — наследство августейшей матушки. Себя не жалел, подражал Петру, старался во все вникать. Спешил сделать многое, как будто чувствовал свой срок: «В мои лета не поднимаются на трон, а уходят!» Ему уже почти сорок пять. Нрав имел горячий, неутомимый, старался все делать добросовестно. Частенько вскипал, ежели замечал небрежение, нерадивость. Карал, невзирая на лица. Перепадало и флотским. Капитана бригадирского ранга Павла Чичагова [41] пожаловал чином, а через год уволил со службы «за строптивость нрава, без пенсии», потом осознал горячность, вернул на флот и чином повысил до контр-адмирала. На Черном море взорвался по чьему-то разгильдяйству бомбовый погреб. Сместил с должности командующего адмирала Н. Мордвинова, а затем вскоре извинился, написал ему письмо, звал на службу.
41
Чичагов Павел Васильевич (1767–1849) — адмирал. С 1802-го по 1811 г. был министром морских сил. В Отечественную войну 1812 г. командовал армией и допустил ошибку при окружении французской армии на реке Березине и упустил ее остатки.
Попало и Федору Ушакову. Получил строгий высочайший выговор «за неимение во время тумана порядочных сигналов и предписанных уставом предосторожностей».
Радея о флоте, Павел I утвердил «Штаты российских флотов» для Балтики и Черного моря. То была совершенно новая организация военной силы на море. Скоро пришло время проверить ее в деле.
Для России наступило время грозовых испытаний.
…В ту пору на другом конце континента, круша обломки монархии Бурбонов, вздымались волны необузданной стихии восставшего народа. В кипении людских страстей возносили они, а затем низвергали в пропасть небытия одного за другим своих вожаков — Дантона, Робеспьера, Бабефа… Но как и во все времена, для защиты незыблемой власти имущих потребовалась сильная рука. Исподволь среди претендентов появился и стал притязать на эту роль невысокий ростом, прежде мало кому известный человек…
Весной 1789 года на Корсике к генералу Забаровскому, набиравшему по повелению Екатерины корсар, пришел с прошением двадцатилетний поручик Наполеон Бонапарт. Он бы и поступил на русскую службу, но иностранцев в русскую армию принимали на чин ниже. Наполеон отказался. Семь лет спустя он уже командовал армией, которая разгромила австрийцев и овладела всей Италией…
Французы оккупировали Корфу — ключ к Адриатике. «Острова Корфу, Занте и Кефалония важнее для нас, чем вся Италия вместе», — доносил Бонапарт Директории. Вслед за реляциями он слал из захваченных мест в Париж контрибуцию — золото, драгоценности, шедевры искусства. Французская буржуазия входила во вкус. Война оказывалась прибыльным делом.
В мае 1798 года, захватив Ла-Валетту на Мальте, французы высадились в Египте.
Захват Мальты ударил по самолюбию русского императора. В прошлом году Павел I взял остров под опеку, его избрали гроссмейстером Ордена мальтийских рыцарей [42] .
Всполошилась и Турция. От Египта рукой подать. Недавние недруги сделались друзьями поневоле, ибо у русского императора и у Турции был теперь общий враг.
Рескрипты Павла полетели в Севастополь один за другим… И вот нынче, в самый разгар кампании, едва эскадра отдала якоря, на борт флагмана поднялся курьер из Петербурга с высочайшим повелением. Эскадре предписывалось как можно быстрее следовать в Константинополь, соединиться там с турками и направиться в Средиземное море для совместных действий с армией Суворова против французов. «Вот так завсегда, — вздохнул Ушаков, — корабли расхудились в штормах, припасов еле-еле, а тут поспешай, да еще куда, к вчерашним недругам. — Федор Федорович покачал головой и вдруг повеселел. — Ну, погоди, поглядим на тебя, капудан-паша, каков ты наяву».
42
В начале XII в. крестоносцы основали в Палестине духовно-рыцарский орден, члены которого назывались иоаннитами. С 1530 по 1798 г. орден существовал на острове Мальта.