Год назад остров Святой Мавры вместе с другими островами захватила Франция. За эти месяцы французские инженеры соорудили мощные крепостные бастионы, поставили на них новые пушки, крепость опоясал глубокий ров, наполненный водой. По окружности он вытянулся на шестьдесят верст. Рядом с крепостью расположился уютный город.

Сделав несколько галсов, Сенявин понял, что огонь корабельных орудий не достанет до крепости.

Ветер стал затихать, и, прежде чем стать на якорь, Сенявин выслал к северной оконечности острова турецкий фрегат. «Блокируйте остров, чтобы ни один француз не сбежал из крепости», — передал он с нарочным.

Скоро совсем заштилело. Сенявин поднял сигнал: «Стать на якорь по способности».

«Святой Петр» еще не успел отдать якорь, как от берега отчалили две лодки и направились к флагману. Вскоре на борт поднялась делегация местных жителей во главе с архиереем. Они уже прослышали о взятии Цериго, Занте и с нетерпением ожидали прибытия русских. Поднимаясь на борт, они приветливо улыбались. Первым на палубу ловко взобрался пожилой седовласый грек в мундире офицера.

Сенявин послал за гардемарином Цамутули. Накануне выхода из Севастополя на корабли эскадры прислали десятка два гардемарин из Морского корпуса, среди них были и греки.

Цамутули приготовился переводить, но от прибывших отделился моложавый, подтянутый грек, тоже в мундире офицера.

— Ваше высокоблагородие, — сказал он по-русски, — позвольте представиться — отставной капитан российского флота Никос Леандер.

Оказалось, что в свое время он служил на корсарском судне под русским флагом, сражался с турецкими судами.

Сенявин крепко сжал его руку.

— Сие депутация достойных людей Мавры, — продолжал Леандер. Он указал на седовласого грека в мундире: — Дворянин господин Орио, прежде служил контр-адмиралом флота Венецианской республики.

Тот поклонился, а Сенявин подошел к нему и поздоровался. Пожав каждому из прибывших руку, Сенявин спросил у Леандера:

— Чем обязан вашей почетной комиссии?

— Мы имеем сообщить вам положение на острове и важные сведения.

— В таком случае милости прошу в кают-компанию, — пригласил Сенявин и распорядился, чтобы принесли чаю.

Спустя час из рассказов горожан Сенявин довольно подробно знал о состоянии дел на острове и о примерном расположении противника.

Первые известия о появлении союзной эскадры и успешном штурме крепости на острове Цериго просочились на Мавру недели две тому назад. С тех пор французы уже не разгуливали свободно по городу, как прежде, а дней пять назад заперлись в крепости. Жители заметили, что с албанского берега от турецкого наместника Али-паши зачастили лазутчики к французскому коменданту крепости полковнику Миолету.

— Али-паша, — возбужденно рассказывал Леандер, — изверг бесчеловечный. Он жестокий и коварный зверь, умертвил даже своих братьев, чтобы завладеть наследством отца. Став наместником султана, процветает за счет грабежей в Фессалии, Македонии. На албанском берегу его боятся все соседние властелины. Сам султан не в силах совладать с ним.

Когда Леандер произносил имя Али-паши, греки трясли головами и встревоженно гудели. Орио что-то быстро сказал, и Леандер продолжал:

— Верные люди передали нам, что Али-паша сам хочет прибрать Мавру к рукам. Он пообещал Миолету тридцать тысяч червонцев, если тот сдаст ему крепость. Подсылал паша лазутчиков и к нашим начальникам, сулил разные блага, лишь бы мы сдались ему.

Орио между тем, глядя на Сенявина, жестикулируя, что-то горячо говорил. Остальные согласно кивали, а Леандер произнес торжественно:

— Только весь наш народ никогда не будет под властью Али-паши. Мы скорее погибнем, чем пойдем к нему под ярмо. Мы просим русских братьев прийти нам на помощь. Наши горожане сами взялись за оружие. Сейчас французы в крепости обложены нашими волонтерами.

— Сколько же ваших людей участвует в осаде? — прервал его слушавший до этого внимательно Сенявин.

— Наших волонтеров около пятидесяти, — переглянувшись с Орио, ответил Леандер, а Сенявин сразу же спросил:

— Примерно столько же осажденных в крепости?

Греки заговорили между собой, перебивая друг друга и горячась. Потом все замолкли, и говорил один Орио, а Леандер переводил:

— Думаем, не менее пятисот солдат и офицеров и около пятидесяти пушек, не меньше.

Сенявин поблагодарил и встал:

— Передайте мужественным гражданам, что мы не позволим кому-либо бесчинствовать над ними и весьма благодарны за храбрые действия ваших волонтеров. Мы пришли, чтобы освободить вас от гнета французов. — Он обратился к Орио: — Не далее как завтра утром наши солдаты с пушками будут на берегу. Я прошу вас, господин Орио, помочь нам перетащить орудия поближе к крепости.

Когда Леандер перевел, греки одобрительно зашумели, а двое из них подошли к Сенявину с явным намерением поцеловать ему руку. Смутившись, он замахал руками. Проводив горожан, Сенявин созвал военный совет командиров кораблей. Пока они собирались, он вышел на шкафут и внимательно осмотрел в подзорную трубу местность вокруг крепости.

Один за другим поднимались на борт командиры. Первым прибыл командир «Навархии» капитан-лейтенант Войнович, следом за ним не спеша, вразвалку поднялись по трапу турецкие капитаны Мухамед-бей и Ибрагим. Сенявин коротко пересказал им все, что сообщили греки, и изложил свой план действий: