— Потому что нас прервали, когда мы занимались любовью. — Грейс понимающе кивнула. — Мне не свойственно такое поведение, Цезарь… Это на самом деле была не я. Мы провели вместе чудесный день, а танго было…

— Эротичным, — подсказал Цезарь.

— Если не сказать больше. — Грейс покраснела. — Но я не мечтаю стать любовницей влиятельного бизнесмена. Миллиардера. Даже если люблю его.

Один взгляд на Цезаря — и для Грейс все стало ясно. Именно любовь повторно привела ее в Буэнос-Айрес, а не попытка выяснить, является ли Бет его сестрой. Но эта любовь не принесет ей ничего, кроме отчаяния и разбитого сердца.

Брови Цезаря взметнулись вверх.

— Вот что ты думаешь обо мне, — протянул он. — Значит, ты считаешь, что я хочу сделать тебя своей любовницей?

— Что же еще? — спросила Грейс.

— Ты не предполагаешь, что я питаю к тебе какие-либо чувства?

Сердце Грейс забилось быстро-быстро. «Нет, конечно же нет», — уговаривала она себя. Цезарь не может испытывать к ней ничего. Он желает ее, но это все.

— Нет, не предполагаю, — усмехнулась девушка. — Я не могу стать твоей любовницей, Цезарь. — Она решительно отстранилась. — Нам обоим сейчас лучше отправиться спать. И, пожалуйста, запомни: несмотря на то, что произошло в твоей спальне, наш роман закончился, так и не начавшись.

Он напряженно улыбнулся:

— У Бет, судя по всему, имеется свое мнение на этот счет.

— Я ей ничего не сказала, уверяю тебя.

— Не нужно меня убеждать, Грейс, — мягко попросил он. — Я верю, что ты с ней об этом не говорила.

— Она просто сложила два и два, — пожала плечами девушка.

— И пришла к выводу, что между нами что-то есть, — мягко закончил Цезарь.

Грейс покачала головой:

— Бет — романтик, хотя и скрывает это.

— А ты нет?

— Верю ли я в вечную любовь? — Она задумалась. — Конечно, верю. Но до определенного предела.

— Как ты считаешь, отношения между нами — разве это нереально?

— Ну, роман миллиардера с временной кухаркой — это что-то заоблачное, — заметила Грейс.

Цезарь нахмурился:

— А что, если мы влюбимся друг в друга?

— Этого не случится.

— Почему? Не вижу ничего дурного в том, что я миллиардер, а ты — кухарка.

— У тебя, может, бывают романы, а у меня нет, — отрезала Грейс, но щеки ее покраснели.

— Неужели?

Она нетерпеливо качнула головой:

— Это нелепый разговор, Цезарь.

— Согласен. Даже более чем нелепый. — Он помолчал. — Грейс, ты не всегда будешь поваром-экономкой.

— И что?

— Однажды исполнится твоя мечта, и ты станешь владелицей собственного ресторана. Я помогу тебе.

— Пожалуйста, перестань, — процедила сквозь зубы Грейс. Глаза ее сверкнули. — Я не продаюсь.

— Я не собираюсь покупать тебя. — Глаза Цезаря сузились.

Девушка вздернула подбородок:

— Тогда что ты предлагаешь?

— Я предлагаю тебе сначала рассмотреть возможность выйти за меня замуж, а затем открыть свой ресторан.

— Выйти за тебя замуж? — эхом отозвалась Грейс. — Как мы перешли от утверждения «я не продаюсь» к «выйти за меня замуж»?

— Мы и не переходили. Это ты болтаешь о романах и любовницах. Я об этом даже не заикался.

— Может, и нет, но… — Грейс побледнела. — Цезарь, ведь ты в шутку предложил мне выйти за тебя замуж?

— Я серьезен как никогда.

— Но Бет может оказаться твоей сестрой, и будет весьма неловко, если мы продолжим…

— Оставь в покое Бет! — приказал он. — Мы говорим о нас с тобой. Грейс, после того как ты уехала из Буэнос-Айреса, я… я осознал, что влюбился в тебя. Я намеревался сказать тебе о своей любви, как только вернусь в Англию, и надеялся, что ты тоже испытываешь ко мне какие-то чувства. — Цезарь нахмурился, когда Грейс сделала шаг назад и в поисках поддержки ухватилась за стойку для завтрака. — Это невозможно, Грейс?

— Я… Нет, конечно нет.

Он облегченно перевел дыхание:

— В мои намерения не входило сделать тебе предложение ночью в кухне, одетым кое-как, но так уж вышло. — Цезарь улыбнулся.

Грейс облизала губы:

— Сделать предложение?

Он опустился на одно колено и взял ее за руку:

— Грейс Блейк, выйдешь ли ты за меня замуж?

— Я… я…

— Грейс, пожалуйста, выходи за меня, Ты меня любишь? Будешь ли ты всегда рядом со мной? Хочешь ли стать матерью моих детей? — На его лице появилось мечтательное выражение. — Темноволосых малюток с аквамариновыми глазами. Я так сильно люблю тебя, Грейс! Пожалуйста, соглашайся, и я обещаю, что ты никогда об этом не пожалеешь.

Грейс едва могла дышать, голова ее кружилась.

— Я… Ты ничего обо мне не знаешь.

Цезарь улыбнулся:

— Я знаю о тебе все важное. Ты красива, добра, умна, откровенна. Ты чудесный повар и чудесный человек. Я знаю, что ты предана своей семье. Я знаю, как ты относишься ко мне, аргентинскому миллиардеру, который не сделал ничего, чтобы заслужить такое отношение. Я знаю, что ты была удочерена и ищешь сведения о твоих настоящих родителях. Обещаю помочь тебе в этом. Я также знаю, что ты девственница.