Муравьёв задрал голову, помахал рукой, потом поправил свой клетчатый пиджак и, подхватив свёрток, зашагал к подъезду.

– Пошли встречать, Костик. Девочки! Чебурашка приехал! Тащите водки побольше!

Плежин поднял такой шум, что Рая и Света бросили свою работу - а они уже заново накрыли стол - и тоже вышли в прихожую. Виталя распахнул дверь, и Муравьёву пришлось подниматься по лестнице под взглядами четырёх пар глаз. Он покраснел, но старался держаться солидно.

– Здравствуйте. Много незнакомых лиц, поэтому я представлюсь сам. Виктор. Одноклассник этого оболтуса, который, наконец-то, женился...

– Видал: павлин, - толкнул Плежин Костю.
– Сейчас нам тесно будет от его хвоста.

Муравьёв пропустил насмешку мимо ушей.

– А ты, как я полагаю, жена Виталия Рая. Это хорошо, что ты старше его.

– Дубина! Разве женщинам говорят о возрасте?

Муравьёв только краем глаза снисходительно глянул на Плежина и продолжил:

– Сорокалетним, пятидесятилетним - не говорят. А нам что двадцать один, что двадцать девять - всё равно двадцать. Поздравляю. Вот мой подарок. Можно сразу на кухню: там тостер.

– Правильно: нам всем по двадцать. Проходи, Витя.

– Проходи, Витя, - скривлял Плежин Раису, - а то меня уже тошнить стало

350

от твоей предвыборной речи.

– Перестань смущать гостя. Все к столу!

– Все к столу! А я проверю тостер: мало ли что. Кстати, Костя, а что ты нам подарил? Если коробку презервативов, то забери обратно. Дети - цветы жизни, и я записался в садовники...

Раиса дала мужу хотя и шутливый, но увесистый подзатыльник, а Костя, который засмеялся вместе с Муравьёвым, заметил, что Света покраснела.

– Эх, ты. Они подарили нам целую "Библиотеку семейной жизни".

– Да? А про уток там есть?
– Плежин первым метнулся в комнату, и последовавших за ним гостей встретил радостный возглас.

– Тут есть всё!
– восхитился новоиспечённый муж, листая одну книгу за другой.
– И о сексе, и о домашней птице, и о ремонте квартиры!.. Костик, можно я поцелую Свету за такой чёткий подарок?

– Нет-нет, я тут ни при чём. Подарок покупал Костя.

– Да не в подарке дело. Дело в благодарности... И тебе, Витёк, спасибо. Тоже целоваться не будешь?.. Ладно, расслабься. Ты у меня на свадьбе. Или боишься, владивостокская мафия достанет, машину подожгут?

– Ты, болтун, наливай. Витя, давай я тебе этого салатика положу. Светочка, Костик, вы уж сами разбирайтесь, вы тут, как свои...

– Спасибо, Рая. Костя, давай это...

– Ты думаешь, Витёк?

– Ну, а как же?

– Хорошо. Три-четыре. Горько! Горько! Горько!

Света подхватила и даже захлопала, как ребёнок, увидевший торт.

Плежин подвинулся к жене, неожиданно нежно поправил ей волосы и поцеловал. Все чокнулись и выпили.

Минут через десять начался разговор, который, не прерываясь, продолжался далеко за полночь. Рая усиленно потчевала явно проголодавшегося Муравьёва; тот пил, жевал и всё пытался угадать, где он

351

видел Свету раньше; Света же и Костя переглядывались и едва не прыскали от неожиданно захлестнувшей их весёлости. Разговор вёл хозяин. Он пытался вывести Муравьёва на откровенность, и тот, сначала важничая и напуская тумана, по мере выпитого всё меньше контролировал свой язык.

– ... А что, Светочка, будешь раз в месяц со мной в однодневные ездить. На базаре стоять не надо, у себя в селе заказов наберёшь. Пол-Приморска за счёт Китая живёт...

– Пока что, Рая, я живу не в селе, а во Владивостоке...

– Куда ты денешься?
– махнула хозяйка рукой, и по этому жесту было видно, что она уже слегка пьяна.
– Что, я не вижу, что ты по уши влюблена? Мы же дуры: влюбляемся без оглядки...

– Дуры, дуры!
– поддакивал Плежин.

Света не сумела скрыть смущения, но ещё больше потерялся после Раиных слов Костя, не столь наблюдательный, как жена друга. К их счастью, Муравьёв почти насытился и вступил в разговор.

– Что Китай? Мы с четырьмя странами торговали... Я только за ниточки дёргал, и всё шло само собой. Подлецы, одним словом...

– Да, Витюш, ниточки - подлецы. Выпьем?..
– подхватил Плежин.
– Молодец! Закуси... Ешь, не стесняйся. У нас ещё хлеб есть. В твоём тостере зажарим... Ты мне скажи: как такого человека из партии выперли? Ладно, бизнес. Но ведь ты был лидером одной из ведущих партий России...

– Плевал я на ту партию! Кому она нужна?! Кто нами интересовался?!. Людям...вот как тебе, нужны жильё, семья, зарплата. Вот тебе моя национальная идея... А бизнеса жалко... Наш Миха, гадёныш, тоже руку приложил. Я к нему по-братски, как к бывшему однокласснику, а он: сроки, проценты... Ко-зёл!.. Извиняюсь, дамы...