— Нет, — быстро говорю я, — просто немного устали.

Кас ненадолго замолкает, оглядывая наши апартаменты, но потом широко улыбается, и я не могу не думать, что улыбка фальшивая.

— Ну, вам лучше поспешить, — говорит он, оглядев комнату. — Один из парней принес пиццу, а эта роскошь тут быстро кончается.

Джеймс скрещивает руки на груди.

— Как она и сказала, — начинает он, — мы подойдем через несколько минут.

Улыбка Каса блекнет.

— Ну, пока.

Он идет к двери, но я вижу, как он оглядывает комнату, разглядывает каждую деталь, каждую вещь, как будто пытается понять, что с нами не так. Мне не нравится, как он наблюдателен. Мне не нравится, что он не доверяет нам, хотя мы уж точно не доверяем ему.

Что-то изменилось в Лейси. С ней что-то не так, но мы не можем сказать об этом мятежникам, пока не поймем, что это. Может, они захотят выгнать ее, если решат, что она снова заражена, или если она будет им мешать. Нам нужно защитить Лейси, потому что в этом мире не знаешь, кому верить. Все, что у нас есть — это мы.

Когда мы с Джеймсом наконец собираемся с духом, мы присоединяемся к остальным. Все собрались в главном помещении, даже те, кого я раньше не видела. Но то, как они одеты, по-настоящему тревожит меня. Мятежники больше не одеты в футболки и майки. Они все в черном — этот цвет одежды теперь редко встретишь — и их макияж темный и драматичный, даже у парней. Вся картина так напоминает стереотипные представления об эмо, что я не знаю, что и думать.

— Что происходит? — спрашиваю я.

Даллас, сидя за столом, широко улыбается. Ее дреды забраны назад, под черную повязку, на ней кожаный корсет, на плечах алые ленты.

— Сегодня особенный вечер, — говорит она, подняв пластиковый стаканчик. — Снова открылся клуб самоубийц.

Глава 4

— Клуб самоубийц? — спрашиваю я, оглядываясь по сторонам. Остальные кажутся абсолютно счастливыми, они улыбаются и смеются, но у меня такое ужасное чувство, как будто я пересекла границу и попала в другую, отвратительную версию реальности.

— Я не понимаю.

Даллас ухмыляется и долго пьет из стаканчика, прежде чем ответить.

— Мы не собираемся кончать с собой, глупенькая.

Глупенькая? Интересно, что у нее в стаканчике.

— Это значит, что мы идем гулять. Ты должна быть счастлива, что хоть на какое-то время уйдешь из этого жуткого места.

Она оглядывается.

— Джеймс, а ты счастлив?

Я чувствую укол ревности. Она спрашивает у Джеймса не только, счастлив ли он, что выходит, она спрашивает, счастлив ли он со мной. Джеймс оглядывает ее, пытаясь оценить ситуацию.

— Ну да, — пренебрежительно говорит он, — а что это такое, этот клуб самоубийц?

Уверенный голос Джеймса стирает улыбку с лица Даллас. Вместо этого она поворачивается ко мне и ставит стаканчик на стол, а ее поза говорит о ее раздражении.

— Помнишь Велнесс Центр? — спрашивает она. — А тут наоборот. Это место для тех из нас, кто не хочет носить рубашки поло и хаки. Для тех, кто хочет порадоваться тому, что могут выбрать — выбрать самоубийство, если мы так, блин, возжелаем.

Она пожимает плечами.

— Мы не хотим умирать, но просто интересно исследовать свою темную сторону, когда остальной мир твердо намерен похоронить ее.

— Это самая идиотская вещь, о которой я слышал, — говорит Джеймс, — и звучит опасно.

Даллас качает головой.

— Совсем нет. На самом деле, там безопаснее всего, если говорить о влиянии Программы. Ты можешь побыть самим собой, Джеймс. Когда в последний раз ты мог быть самим собой?

— Отвали, — бормочет он, разглядывая ноготь большого пальца. Я вижу, что ее слова задели его, и это выводит меня из себя. Джеймс всегда был сам собой. Может, он и не помнит свою жизнь, но его не изменили. Он — это все еще он сам. По крайней мере, я верю в это.

— Думаю, мы это пропустим, — говорю я, беря Джеймса под локоть. — Но все равно спасибо.

— Вы пойдете, — говорит Даллас, потом ее голос смягчается. — Вам нужно пойти. Это отличное место, чтобы искать новых членов. Там я и Каса встретила.

Она смотрит на него.

— Ты был таким красавчиком, — дразнит она, — эти большие карие глаза, длинные волосы… Я думаю, что привела бы тебя, даже если бы ты был в депрессии.

— Давай пока не раскрывать все наши секреты… — отвечает Кас, смущенно улыбаясь. Не знаю, было ли у них что-то или нет, да если честно, мне все равно.

— Так что, мы в бегах, скрываемся от Программы, но мы идем в клуб? — спрашивает Джеймс, указывая на очевидный недостаток в плане. — Почему бы просто не позвонить обработчикам и не попросить их подождать нас там?

— Ты такой забавный, — говорит Даллас с фальшивой усмешкой. — Конечно, в клубе самоубийц есть риски, но владельцы осторожны. Он никогда не появляется в одном и том же месте дважды — это полностью подпольное заведение. Только те из нас, кто в теме, слышат о встрече, да и то только за день. Не то чтобы они рекламируют себя.