– Я не хожу на свидания с незнакомыми мужчинами, - сказал седой.

Вертолётные лопасти перестали крутиться. Пилот сидел под прицелом одного из автоматчиков.

Я выдохнул. Вот звери! Я в одной футболке, а сейчас всё-таки конец апреля, а не июнь. Я снова начал дрожать, то ли от холода, то ли…пусть лучше будет от холода. Поскорее убили бы, что ли.

Дима и Саня не пытались делать резких движений, но нас с Викой не отпускали. Постный по-прежнему кривил губы, а невысокий смотрел исподлобья.

– Мы забираем этих двух, - лидер бородатых указал на нас с девушкой. – Вот этого, - теперь уже на коротышку. – Всем остальным, оружие на землю.

– Нет, - ответил седой.

Горбоносый поджал губы.

– Людей своих пожалей. Не доводи до греха.

– А если доведу? – поинтересовался седой.

– Бог простит.

– Ада не боишься?

Лицо вожака дёрнулось.

– Проклятые нехристи, - сказал он. – Ваша «Психея» - это плевок в Бога! Вы погрязли в грехе, но мы борцы за чистую истину. Мы очистим мир от скверны.

– А вы при чём? – удивился седой. – Если бы бог хотел, он бы сам легко прихлопнул нас как комаров. Вот так.

Агент хлопнул в ладоши и развёл руки ладонями вперёд. Они взорвались ослепительным светом, направленным на фанатиков. Бородатые закричали, закрывая глаза. Оружие посыпалось на землю.

Руки Рюрика на мгновение нырнули под пальто, а выскользнули с автоматами, каждый размером с большой пистолет. Я таких раньше не видел. Плавные линии, а в руках сидят словно влитые.

Рюрик вскинул руки, и автоматы негромко застрекотали. В течение одной секунды нападающие были нашпигованы металлом. Тела покрылись россыпью красных точек.

Механизмы щёлкнули. Рюрик вынул пустые магазины, сунул в карман и достал новые из-за пояса. Пока он перезаряжал оружие, Саня отпустил мою руку. Вытащил из-под пальто пистолет и подошёл к телам. Защёлкали одиночные выстрелы. Я впервые видел, что такое контрольный выстрел в голову.

Дима не вытаскивал оружия. Вместо этого, перехватил мой локоть.

Я опустел, никаких чувств не осталось. Но был человек ещё более потрясённый увиденным.

– Ты убил братьев! – воскликнул мужик с постной рожей.

Рюрик молниеносно обернулся, но было поздно. В руке постного был зажат маленький пистолет, и он направил его в седую голову. Дима отпустил наши руки, но даже не пытался вытащить оружие. Просто сделал шаг и закрыл собой шефа.

Пуля попала ему точно в лоб. Агент завалился назад и в открытое пространство застрекотали пули. Голова постного взорвалась кровавым месивом. Я отвернулся, и моё плечо намокло от чужой крови. Вика стояла ближе, и её лицо обрызгали из пульверизатора красной краской. В волосах застряли осколки костей. На её куртке и моей руке белые пятна, подозрительно похожие на мозг.

Девушка начала всхлипывать. Слёзы потекли по её лицу, смывая красные потёки.

– У о аа! – сказал я, совсем забыв про кляп.

– Ну что ж, - сказал коротышка. – Вопрос о предателе снимается с повестки дня. Давай грузиться.

Рюрик сунул автоматы обратно под пальто, и я заметил, что в его перчатки на ладони вшиты гибкие металлические пластинки. Совсем небольшие, размером с пятак. Он подошёл к убитому вожаку. С того слетела шапочка, и холодный ветер колыхал длинные тёмные волосы. Агент распахнул ему крутку. На груди висел обрубок, срезанный пулей серебряный крестик.

– Чистюли. Совсем оборзели.

Он подошёл к телу убитого помощника и без видимых усилий поднял его.

– Заводи таратайку! – крикнул он.

Пилот кивнул, и лопасти пропеллеров начали набирать обороты.

Саня подошёл к девушке, рывком поднял на ноги и потащил к открытой дверце. Я поплёлся сам. Вертолёт внутри оказался куда более вместительным, чем я ожидал. Поместились все. Последним загрузили безголовое тело предателя. Кинули на пол. Я сидел прямо над ним, пытаясь сдержать тошноту. Помогала мысль, что если начну блевать, то из-за кляпа задохнусь быстрее, чем кто-либо сообразит, что происходит.

Вертолёт взлетел, закружив воздух вокруг себя.

Низкий вытащил из кармана коробочку с каким-то устройством, типа того, из которого мне делали прививки в детстве, только маленький. Что-то вроде рукоятки с коротким стволом.

– На сегодня хватит впечатлений, - сказал он и прижал устройство к запястью Вики. Потом к моему плечу.

Я выглянул через стекло. Город удалялся подо мной. Уменьшался, расплываясь, словно краска в воде. Потом подёрнулся лёгкой дымкой и погас.