– Твоя жизнь только что стала короче.

– Тихо парень, тихо, - он снова выставил вперёд ладони. – Здесь горючее. Не рекомендуется стрелять. Но суть не в этом. Ты реально самоубийца?

– Ещё короче.

– Нас убьют, как только мы взлетим. Так достаточно внятно? Несанкционированный взлёт – получи шило в жопу. Так работает система.

Я покачал головой.

– Дракон слишком занят. Он не помешает.

Усатый прищурился и тоже покачал головой.

– Я не понимаю тебя парень. Я с тобой не шутки шучу.

– Я тебе сейчас ногу прострелю, - сказал я. Психея дала пилоту подзатыльник. Мужик крякнул и почесал затылок.

– Давай без этого. Я тебе не мальчик.

Крякнул ещё раз и оглянулся. Глаза прищурились. Он шумно выдохнул, повернулся ко мне и крикнул.

– Я тебе про зенитку говорю! Проснись, родимый! Ты в жопе.

– Зенитка!

Моя рука дрогнула. Мне в голову не приходило, что на базе набитой техническими чудесами окажутся столь банальные вещи, как зенитки. Голова поникла.

Пилот откровенно ухмылялся. Провёл пальцами по усам.

– Остыл? Отдай игрушки по-хорошему. Тебе отсюда всё равно не выбраться.

Он протянул руку.

Я сжал губы в тонкую линию и поднял голову. Психея взяла из моей руки автомат и мотнула дулом в сторону вертолёта. Я вытащил пистолет. Ладонь согрела тяжёлый металл.

– Мой невидимый друг вышибет тебе мозги, как только ты хоть на миллиметр отклонишься от плана, - сказал я. – А план таков.

– Автоматчики ждут приказ для штурма, - сказал Аскольд.

Каморка начальника охраны набита народом. Только самые необходимые.

– И положить ещё кучу людей?

Лицо Аскольда похоже на ледяную скульптуру, на которую кто-то напялил чёрный парик.

– Мы не знаем, что он задумал. Видеокамеры…

Директор сморщил рот и махнул рукой.

– Знаем мы, что он задумал! Угнать вертолёт. Какие ещё могут быть варианты! Уплыть на катере? Куда? На другой берег? А потом пешком через тайгу? Не-а. Он не дурак. Улетит в Яргыль, к гадалке не ходи.

– Так что, отпустить его? – спросил Аскольд.

Директор опустился в кресло начальника охраны за письменным столом и почесал подбородок. Поднял на хозяина кабинета удивлённый взгляд.

– Ты сегодня голову дома забыл? Ты хоть представляешь, сколько этот ублюдок знает! И сколько он знает, чего мы не знаем о том, что он знает.

– Яргыль – не Москва. Найдём.

Директор улыбнулся.

– Аскольд, душа моя. Если он от тебя с замкнутой, охраняемой базы сбежал, то с пятитысячного городка, где есть железная дорога, порт и аэродром, он выберется с закрытыми глазами. Нет. Придётся сбивать. Пусть готовят зенитку.

– Но как же Психея?

– Нам ответит ответственный за зелёный сектор. Адам Петрович?

Мельников сидел сбоку от стола. Он махнул ладонью в воздухе и улыбнулся.

– В Багдаде всё спокойно. Клон можно сделать в любую минуту. Образцы тканей в полном составе. Можем начинать в любой момент.

Директор усмехнулся, нагнулся вперёд и пошлёпал учёного по плечу.

– Вот так работать надо. Учитесь. Главное – устраним носителя, а гулящая Психея на клона по-любому клюнет. Вспомните Мартына. Тут мы её возьмём тёпленькую. Готовь ракету, Аскольд.

Толстое, пуленепробиваемое стекло отъехало в сторону. Словно с куска горы сошёл оползень, обнажив чёрный зёв пещеры. Вертолёт замолотил воздух винтами и тут же ушёл влево. Вниз, поближе к воде. Рядом с пилотом сидела Психея и подбадривала его автоматом, уткнутым в голову. Чтобы он соображал быстрее.

Винт закрутил воздух над верхушками кедров и вертолёт на скорости 200 км в час помчался над тайгой в сторону Яргыля. Секунды взмокли на спине пилота пятнами пота. Он крепко сжал челюсти и смотрел перед собой. Секунда, ещё секунда. Так низко его трудно обнаружить радарами. Ещё секунда. Пилот почти улыбнулся и в этот момент гулкий взрыв разметал красное облако обломков над тайгой.

Аскольд выслушал донесение и отнял рацию от уха.

– Готов.

Директор вздохнул и вытер лоб платком.

– Слава богу!

Инна Сергеевна опустила глаза и потёрла щёку. Подняла взгляд на Чаграя. Тот поджал губы и пожал плечами. Рюрик прислонился к стене, скрестив руки на груди, хмуро улыбался.

Директор приподнял кустистые седые брови и обвёл взглядом собравшихся.

– Это хорошо. Но есть одна проблемка.

В кабинете повисла тяжелая пауза.