“Софита!” вспомнила она про шуверку.

Она попыталась подняться и встать на дощатый пол. Ноги еще немного ныли, но она-таки встала.

– Тебе добрая путница еще бы полежать – раздался за спиной мужской добрый голос.

Анэка обернулась.

Перед ней стоял крепкий мужчина за сорок годин, в руке он держал резной, в пол его роста, посох. По одеянию Анэка не поняла чьего он рода, но предположила, что вепс. Она читала, что иногда лесные дедушки-вепсы носят с собой посохи, что бы охранять себя и лес от непрошенных гостей.

– Софита, где она?

– Со спутницей твоей все хорошо – кивнул он, – она поспит и будет в полном здравии. И тебе бы надо.

Иллинка присела на край лежанки.

– Я не помню, как сюда попала – сказала не громко она.

Мужчина прошел в помещение, взял ладну небольшую скамью и сел напротив девушки.

– Може и не надобно тебе этого помнить, Анго.

Анэка посмотрела в его добрые и лучистые глаза.

– ВЫ меня знаете?

Мужчина пожал плечами.

– Моя почившая жена знала, что вы рано или поздно придете за мечом, Анго.

– Откуда?

Он вновь пожал плечами.

– Одним Богам это известно.

Анэка помолчала.

– А вас как величать?

– Каюлт. Я из вепского рода. Но вепс я лишь наполовину, а на вторую половину я острожник.

Анэка вздрогнула, когда это услышала.

– Не бойся, вреда вам я не причиню. Я хранитель этих лесов, мы с сыном тут живем.

Он вздохнул и пригласил редкую бородку.

– Тебе нужно отдохнуть, Анго.

– А моя одежда, где она?

Мужчина улыбнулся.

– Она просохнет к вечеру этого дня. А пока... отдыхай, и набирайся сил, они ох как пригодятся тебе и твоей спутнице. Когда солнце перевалит через полдень, можно будет вас накормить, а потом вам придется идти.

Иллинка молча выслушала хранителя лесов и кивнула.

Какое-то время она и правда спала. Снился ей почему-то Майдар, почти безлюдные улочки, тихие вечера около костра, любование звездами...

Потом, когда она проснулась и солнце еще не перешло грань полдень, она размышляла о том, что же творится в ее сердце, и почему оно так сильно скучает по той, коей может уже и в живых нет. Анэка понимала разумом, что такое вполне может быть, что Морана погибла, но сердце отказывалось верить в это, все равно надеясь когда-то встретить ее среди живых.

На какое-то время девушка вновь задремала, уставшее тело, лишенное нормального отдыха пыталось поймать эти сладкие мгновения до того, как она вновь отправится в путь. Когда Анэка вновь открыла глаза, на лавке лежала ее сухая одежда.

Надев ее она вышла во двор. Во дворе было тепло, ни намека на дождь, непогоду и ненастный шторм. будто и не было ничего этого, будто приснилось ей все, и бой, и смерть друзей и обжигающе-холодная вода и слова Софиты, о том, что Мораны уже нет в живых.

“Почему она так решила?”

– Добро! – сказал лесник. – Прошу к столу.

В небольшом садике, перед домишком располагалась небольшая беседка, посредине ладный дубовый стол, и лавки по бокам. Софиты не было, зато был мальчишка годин пятнадцати от роду, черноглазый и черноволосый, худощавый и румяный.

“Так-так, сын значится” мыслила иллинка. “Не похож на Каюлта.”

– Ареяр, позови другую девушку – попросил лесник.

Но иллинка остановила его.

– Нет. Пусть отдыхает, я ей потом сама отнесу.

Парень остановился на пол пути.

– Она вообще-то не моя спутница – сказала Анэка поглядывая в сторону мальчишки.

Мужчина кивнул.

– Знаю.

Анго подняла бровь.

– Вы все про меня значится знаете?

– Ну что ты! Я всего лишь вижу, и говорю, что вижу. Всего лишь.

Ареяр было присел на лавку рядом с отцом, но тот махнул рукой и мальчишку как ветром сдуло.

– Мне бы идти надо – сказала тихо иллинка, жуя трёхольский вкусный хлеб и запивая его квасом.

Лесник молчал.

– Я бы попросить вас хотела, Каюлт. Присмотрите за Софитой.

Мужчина усмехнулся в усы.

– Не думаю, что ты далеко от нее уйдешь. Она нагонит тебя все равно.

Анэка перестала жевать хлеб и удивленно поглядела на вепса.

– Ты разве не заметила, путница твоя в тебе души не чает?!

Иллинка чуть не поперхнулась.

“Этого только не хватало. Нет, второго Артона мне не надо!”.

– Тем более мне тогда надо уходить.

Мужчина вновь улыбнулся и посмотрел куда-то за спину Анэки.

Иллинка повела ушами, соображая, что Софита может все это знать, то о чем сейчас они молвят тут.