Шрифт:
Анэка пнула его ногой. Азат был мертв, как и еще многие на этом поле боя, которое превратилось в месиво, состоящее из грязи и тел.
Очнувшись, она бросилась к гриду.
– Беар!..
Грид лежал на боку, из его груди струилась кровь. Он был мертв.
Слезы отчаяния слились с отчаянием плачущих небес.
– Не умирай, Беар, не бросай нас! – твердила Анэка, тормоша уже мертвое тело грида.
Она подняла голову, что бы взглянуть в небеса и проглотить комок в горле, как тут же почувствовала на своей шее острую сталь.
– Не оборачивайся! – сказал женский голос.
Анэка повиновалась.
– Ты оказала мне услугу. Азат мертв, и теперь я руковожу его бандой. Присоединишься к нам?
– Нет.
Иллинка ощутила как женщина улыбнулась.
– Тогда тебе надлежит умереть – сказала она, и клинок ее меча больно резанул по шее иллинки. – Подумай.
Анэка молчала. Да и что сказать на такое предложение.
Но вдруг одна из стрел вонзилась прямо в уже мертвое тело грида. В небе громко прокричал магар, Анэка почуяла, как женщина ослабила хватку, и резко повернулась, выбивая у нее меч. Следующая стрела вонзилась в плечо женщины, у которой были чуть раскосые глаза и строгое гладкое лицо.
– Дьявол! – выругалась женщина, рывком вынимая из плеча стрелу, и пытаясь поднять свой меч.
Анэка по-кошачьи бросилась на ее меч, и была первее, правда преимущество было у женщины, так как она возвышалась над иллинкой, а та лежала на спине держа перед собой два меча, свой и чужой.
– Брось! Тебе не по зубам это, девочка!
Анэка оскалилась.
– Ещё поглядим кому и что не по зубам!
Женщина не ответила, однако еще мгновение и в ее левой руке появился короткий ятаган (турецкий короткий кинжал – прим. авт.), который она тут же пустила в дело. Первый же взмах им достиг цели, распаров хоть и не глубоко иллинке правое бедро.
Анго пыталась подняться, но ноги скользили в грязи, а женщина, а это скорее всего была Аль-цзы, била без промаха и без передышки. Второй удар чуть не отрезал кусок от плоти иллинке на груди. Устояв на ногах, третий удар был отбит чужим мечом, который к тому же зацепил бывшую его хозяйку. Аль-цзы подняла глаза, в которой светилась ярость, на щеке красовалась рваная и довольно длинная рана от собственного меча.
– Не плохо!... – зло ухмыльнулась она. – Но со мной тебе все равно не справится – сказала женщина, и вместо того, что бы нанести ответный удар, она отступила назад и просто растворилась в серой стене дождя и тумана.
Анэка в растерянности стояла посреди всего этого побоища.
“Морана!” проскользнула мысль, заставившая ее распихивая толпу пробираться назад. Она рубила всех кто попадался на пути и хоть отдаленно был похож на брага или головореза Азата.
– Анэка, эй!
Это была Софита.
– Где Морана?
Шуверка пожала плечами.
– Не видела ее. Давно.
Сердце ёкнуло и забилось быстрее, когда Анэка поняла, что возможно Морана попыталась оттянуть часть шайки на себя.
– Твой друг тут – отбивая удар, сказала Софита.
Анэка повела ушами, и спина ее похолодела.
– Друг?
– Ну вы с ним еще ругались.
– Хёггов хвост! – выругалась Анэка. – Где он? Я сама его убью, что бы не мешался более!
Софита вынула стрелу, и через мгновение она вонзилась в грудь брага, который замахнулся на Анэку, стоящую к нему спиной.
– Лучше в оба смотри, а то как бы не пришлось мне тебя хоронить...
Лучница звонко усмехнулась, и Анго поняла, что Софита права, расслабляться рано.
– Держись правого фронта наступления, это справа от меня, поняла? – прокричала шуверка, забираясь на стены Алеаса. – Твой Артон – герой, если бы не он, лежать бы нам всем сейчас в сырой земле...
Иллинка обернулась на бой. Он продолжался. Сколько прошло времени не знал никто, солнца на небе было не сыскать даже с огнем, а дождь не прекращался.
Браги отдыхать не давали, и иллинка вновь вступила в бой, все еще ища глазами Морану и Артона, а про себя сожалея, что не смогла спасти грида.
Магары все еще кружили над полем боя, и похоже на то, что их становилось в небе все больше.
“Где-то среди них может быть мой Альго!” мимоходом подумалось иллинке.
И тут же правый фронт ринулся сломя голову в атаку.
– Вперед!!! – вскричал зычный до боли знакомый голос. – Зададим им жару, парни!
Это был голос Артона Горста.
Анэка начала пробираться к нему, но он был далече, в числе тех, кто не оборонялся щитами, а значит был почти безоружен. Она обернулась на стену Алеаса, Софиты не было в поле ее зрения. Проскочила мысль, что ее уже могли убить.
Шайка Азата отступала, медленно но верно, а вот браги и не думали отходить хотя их было численно меньшинство. Под ногами все еще расплывалась жижа из воды, грязи, крови и тел погибших войнов.