Меня разбудил вопль:

— Вставай, би недоделанный! Что ты своему отцу про меня наплёл?!

— А? — я сел и принялся непонимающе озираться. Я сидел на диване на чьей-то роскошной кухне. Ах, да. Я у Лёхи-ежа.

— Ты сам виноват. Нечего было меня коньяком обливать.

— Что за баечку ты выдумал? Твой папаша меня с лестницы спустить попытался за растление несовершеннолетнего чада. Пока я ему тебя, дрыхнущего на диване в полном одиночестве, не предъявил, он мне всё мозг выносил и врезать пытался.

Я с открытым ртом внимал Лёхе. Я-то точно был трезв. Но когда успел набраться мой папа?!

— Чего сидишь? Дуй за отцом и разбирайся. Мне только лестничных разборок для полного счастья не хватало!

И я подул. Подорвался с дивана, выскочил на улицу и помчался домой.

Правда, перед тем, как входить в квартиру, я поднялся на один пролёт выше и на всякий случай позвонил маме. Мне было рекомендовано ждать, когда отец успокоится, и только тогда возвращаться.

Сидя на пыльном подоконнике, я размышлял о сложностях жизни и дожидался, когда родители уйдут на работу. Нет, ну ясно ж теперь, в кого у меня столь буйная фантазия. Но додуматься до такого… Папаша точно что-то курил, не иначе.

Дома, строго-настрого пригрозив Эллочке разнообразными карами, если она куда-нибудь денет мою записку, я прицепил на холодильник послание родителям:

«Я разочарован. Сильно. Временно эмигрирую к бабушке. Потом — еду в тур.

Надеюсь, к моему возвращению вы одумаетесь.

Д.

РS. Папа, какого хрена ты нападаешь на моих друзей? Лёха виноват только в том, что облил меня коньяком.»

PPS. А если бы я на самом деле был геем, ты бы меня выгнал, да?

Сложив вещи, я по старой памяти поплёлся пешком к метро, а потом — на вокзал, напрочь позабыв о том, что я теперь взрослый самостоятельный человек, вполне способный оплатить поездку на такси. В электричке я почти час грустил у окна, размышляя о сложностях бытия. Бабушка жила в Зеленогорске, так что времени на размышления у меня было с избытком.

Услышав о подозрениях отца, бабушка лишь посмеялась и пообещала с ним разобраться. Я попросил этого не делать. Бабушка в ответ покачала головой и ответила, что сама решит, как ей воспитывать собственного ребёнка.

Я в очередной раз порадовался, что могу уехать от этого бедлама. Рано утром, по звонку будильника, я отлепился от дивана, погрузился в такси и поехал в аэропорт. От бабушки до аэропорта ехать было раза в три дальше, чем из дома, и я о многом успел подумать. У меня мелькала мысль погуглить, сколько стоит снять квартиру или комнату, но я решил с этим не спешить. Как же хорошо, когда у тебя есть всегда лояльная бабушка. А вот куда бы я пошёл, не будь у меня никакой другой родни, кроме родителей, и окажись я голубым?

Всё-таки плохо, когда в голове беспрестанно крутятся невесёлые мысли, да и, видимо, наложились друг на друга отсутствие серьёзных тренировок в последнее время и необходимость делать кульбиты прямо на жёстком полу. Посреди первого же шоу я почувствовал боль в некогда травмированной ноге.

На третий день перед первым выходом на сцену меня догнала СМСка от бабушки «Съездила промыла мозги твоему папаше-обормоту. Вернёшься — всё будет хорошо». Я предполагал подобный исход и без бабушкиного вмешательства, но получить именно такое сообщение, какое тебе и хочется получить, согласитесь, было приятно.

В середине первого отделения у меня был продых аж на два номера. Когда я забежал в гримёрку, то увидел помаргивавший сигнал на телефоне. СМСка. Интересно, от кого? Я открыл её и прочёл. Уж лучше бы я этого не делал. Присланная СМСка гласила: «Ты всё равно мой сын, а я твой отец, и то, что ты гей, этого не меняет. Мы ждём тебя дома. Твой папа».

Сначала я икнул. Потом — перечитал. Потёр глаза. Прочитал второй раз. Поискал, обо что постучаться головой.

— Дмитрий! На сцену! — рыкнул появившийся в дверях Роман, мгновенно преобразившись из невзрачного мужичка в тирана и деспота.

Я подскочил, заозирался и рванул. Ближе к концу номера мы делали что-то вроде пирамиды, какие в довоенные годы показывали на парадах физкультурников. На самую вершину, как самый мелкий, должен был залезть я. Последняя СМСка настолько выбила меня из колеи, что я полез не с той ноги. Переделать что-то на полпути уже было невозможно, и я лез не туда и не по тем, по кому я должен был лезть. Парни, сообразив, что что-то пошло не так, решили меня подстраховать. Кто-то поднял руку и крепко взялся за больное место на ноге. Я дёрнулся, плечо подо мной пошатнулось, и я полетел вниз.