Шейла ласково чмокнула его в гладко выбритую бледную щёку и бережно обняла.

– Я люблю тебя, братишка.

– Я люблю тебя, Шелли…

Хвала всем святым, что она не видит моих глаз, подумал Алан, закусив губу.

Алан посмотрел на наручные часы – стрелки показывали шесть вечера. За окнами стемнело. Сумерки вкрадчиво опустились на землю, чтобы через какое-то время передать эстафету чернильной мгле ночи. К вечеру заметно похолодало, но, по крайней мере, небе было чистое, без туч, и дождь не намечался. Затея наведаться в знаменитый бар Грэма Лоулесса «Внутрь на ногах – обратно на руках» возникла у Алана не спонтанно. Он был не прочь пропустить кружку другую пива и поболтать со старым ирландцем «за жисть», да и извиниться перед Дейзи не помешало бы. В прошлый раз они расстались при очень хреновых обстоятельствах. Он здорово обидел её. Ну и что, что он не стал врать, а сказал лишь правду? Это ничего не меняет, для Дейзи мир рухнул. Он прочёл это в её заполненных безудержными слезами глазах. С тех пор Алану было особенно мутно на сердце. Не мог он спокойно спать, зная, что причинил кому-то боль и на него затаили обиду. В какой-то степени он страдал не меньше Дейзи. Но он-то привычный, а она? Она тоже, мрачно напомнил сам себе Алан. Нет, надо поговорить с ней, обязательно. Она очень хорошая девушка и не должна из-за него страдать.

Могут, конечно, возникнуть проблемы. В баре к Дейзи многие относились по-отечески и, если он нарисуется собственной персоной под носом у завсегдатаев, то… Старый Грэм мужик понимающий, чего Алан не мог сказать об остальных. Особенно об одном. Большой Том наверняка жаждет реванша. Ну что ж, Алан нисколько не боялся его. Он не боялся никого из людей. Юноша боялся только одного…

Так, так, у Шелли ещё две минуты из выделенного ей лимита, и если она опоздает…. Алан надеялся, что она опоздает.

– Алан, я готова! – донёсся приближающийся звонкий голосок Шелли и, спустя несколько секунд, довольная собой девочка влетела в комнату Алана. При полном параде, мимоходом отметил Алан. – Я собралась. Не ожидал от меня такой прыти, признайся?

– Ты чертовски пунктуальна.

– Могу, когда захочу, - лучезарно улыбнулась Шелли.

Глава 7

Грэм Лоулес удовлетворённо подумал, что этот пятничный вечер определённо будет урожайным. Прибыльным. Народу в бар набилось под завязку. Стулья и столы трещали под тяжестью закусок и посетителей. Официантки сбивались с ног, едва успевая разносить гроздья налитых «с шапкой» граненых кружек с пивом. Музыкальный автомат проигрывал расслабляющие популярные мелодии, приглушенный свет люстр не резал глаз, гул множества возбужденных голосов возносился вместе со струйками табачного дыма к дубовым стропилам высокого потолка.

Оно и понятно – конец рабочей недели, людям необходимо расслабиться и в тесной компании обсудить самые свежие сплетни и слухи. А поскольку конкурирующей альтернативы бару старого Грэма в Хеллвиле попросту не существовало, то и стекался народ в это по-своему уютное одноэтажное строение с замшелыми каменными стенами, старинным внутренним интерьером и прикрученной над входными дверями потрескавшейся от времени деревянной табличкой с надписью «Вперёд на ногах – обратно на руках».

Контингент бара был самый разнообразный, исключая разве что школьников. Правда, старшеклассники уже считали себя завсегдатаями и приветствовали Лоулеса как старого знакомого. Тот не возражал. Лишь бы исправно платили по счетам и не буянили. На этот случай имелось решение любых спорных вопросов в необъятном лице Большого Тома. Здоровенный, за метр девяносто пять ростом и массой под сто пятьдесят кило, бугай ни с кем не церемонился, но отличался обострённым чувством справедливости. И за одно это Грэм прощал вышибале и завышенную самооценку, и наглую привычку накачиваться дармовым пивом в течение дня. Большой Том не врал, когда говорил, что вечером он не пьёт, но ДО вечера заправлялся основательно.

Дела Грэма Лоулеса процветали и самыми большими его неприятностями были разбитые тарелки и редкие драки между подвыпившими клиентами. По крайней мере, так было, пока в бар не начал захаживать Алан Блейз. Против самого юноши Грэм не имел ровно никаких претензий. Дядя Алана Фред частенько заседал за одним из двух десятков столов, азартно перекидываясь в картишки с многочисленными друзьями. Де Феса знали и уважали практически все. И к молодому племяннику никто не цеплялся. Да и даже по поверхностным впечатлениям этот Блейз оставлял исключительно положительное мнение.

Курьёз заключался в другом. Грэм прожил непростую и долгую жизнь, повидал всякого и всяких. И он нутром чуял, что с пацаном что-то не ладно. Странный он был. Бесспорно, хороший и славный парень, но странный, и, как оказалось в дальнейшем, проблемный. Эта несчастная дурочка – Дейзи – умудрилась влюбиться в заезжего юнца из большого города! И невыносимо страдала от своих односторонних, не разделённых амурных чувств. Она не знала о железном правиле Грэма Лоулеса. Один раз ей крупно повезло. С Шоном. Но судьба обожает смеяться над влюблёнными. Гнусно так смеяться, нехорошо. И редко даёт второй шанс, предпочитая бесстрастно и надменно наблюдать свысока за человеческими терзаниями и болью.

Глупышка этого не понимала. Точнее, не хотела понимать, добровольно закрывая глаза на мерзкую правду жизни. Грэму было искренне жаль её. Но он не хотел вмешиваться. У него было ещё одно железное правило – не лезь в чужие (особенно семейные и любовные!) дрязги. Ни в коем случае. И не поможешь толком, и друзей потеряешь.

А ещё старый Грэм знал одну пословицу – лёгок на помине. И эта избитая прописная истина подтвердилась в очередной раз буквально на его глазах. Он не уловил момента, когда именно они вошли в бар. Странная, выделяющаяся на фоне местных обывателей, парочка попалась в поле его зрения уже на подходе к отполированной сотнями локтей барной стойке. Юноша и совсем молоденькая девушка.

Юноша был высоким, худым и прямым как жердь, с длинными, падающими на плечи и закрывающими глаза чёрными волосами. Одетый просто и без изысков. Кожаная «косуха» поверх чёрной, обтягивающей торс водолазки, заправленной в синие джинсы, и остроносые ботинки на высоком каблуке. Очевидно, что долговязый, субтильный с виду парень хотел казаться ещё выше.

Его спутница была гораздо ниже и ярче. Пухленькая симпатичная девочка лет шестнадцати-семнадцати чем-то неуловимо смахивала на высокого юношу. Она скинула с головы капюшон короткой синей курточки, демонстрируя иссиня-чёрные волосы, собранные в два длинных скреплённых заколками хвоста. На ней были кеды, облегающие стройные ноги узкие джинсы, такая же, как у молодого человека чёрная водолазка поверх крутых бёдер и обмотанный вокруг шеи длинный шарф. Девушка неосознанным жестом перебросила через плечи хвостики волос и вопросительно зыркнула на долговязого спутника большими синими глазищами. Юноша в ответ кисло улыбнулся и указал рукой на пару свободных табуретов возле барной стойки.