– Теперь твоя очередь, - нагло заявила Перепелина , в упор смотря на меня.
– Дай мне номер Никиты Олеговича.

– Щас, только шнурки поглажу, - нехорошо прищурившись, решила сразу расставить все точки над "ё".
– Не помню, чтобы говорила, будто подкину телефончик Солариса! Я лишь сказала, что смогу подсобить в деле его обольщени я .

– И как ты себе это представляешь?
– обиженно надула губки блонди, с нетерпением ждущая, когда же к её ногам упадёт понравившийся парень.

– Не будем спешить и действовать наскоком, - честно ответила на поставленный вопрос.
– Для начала смени стиль одежды, - окинув оценивающим взглядом худую фигурку девушки, осталась довольна.
– Платья, юбки, брюки, строгие рубашки - вот, что нравится Нику, а не дырявые джинсы и облегающие футболки с таким декольте, что даже путаны бы покраснели от стыда. Косметики тоже должно быть по-минимуму...

– Но тогда я буду невзрачной!
– воспротивилась моему предложению дурочка.

– Либо ты делаешь, что говорю, либо я пошла - вон, меня ребя та ждут, - кивком головы указав на маячивших в отдалении панков, уже собралась подняться на ноги, как была схвачена за руку.
– Я так понимаю, что ты со всем согласна?
– получив согласный кивок, снова уселась на любимого командирского конька.
– Завтра явишься в школу именно в том образе, какой я тебе описала. Для ориентира можешь взять ту же Косулю... Кстати, она сегодня подкатывала к Соларису!

Каюсь, про Анну Васильевну сказала намеренно - всё-таки ещё нужно разобраться, зачем она дала такой странный и откровенно криминальный совет бедной Перепелиной. А пока пусть блондинка держится от преподавательниц ы подальше: и мне, и, уверенна, Ворону так будет намного спокойней!

Справедливо рассудив, что программу "максимум" на сегодня выполнила, обменялась номерами телефонов с Еленой и, пожелав офигевшей девушке покоиться с миром* , потопала к панкам.

– Ну, что?
– стоило мне подойти, как у Всадника прорезалось любопытство.

– Всё просто зашибись, - радостно улыбнулась, предвкушая, как буду мстить Соларису за нехорошее обращение со мной , любимой ... И Лена мне в этом поможет!
– Кто за то, чтобы отметить удачный исход операции?

Естественно, ребята против не были, поэтому мы, покинув гостеприимную рощу и озадаченную сваливш ей ся на неё помощью Елену, отчалили в центр города. Там, по словам Черепа, был один очень занимательный паб, куда нас пустят без каких-либо проблем. Это, кстати, оказалось чистой правдой, ибо владельцем сего увеселительного заведения был друг Андрюши, поэтому на Цветочный бульвар я попала ближе к полуночи... И, увы, н емного в нетрезвом состоянии.

Выслушав мою исповедь, Ворон с безразличным выражением лица вполне миролюбиво поинтересовался:

– Неужели ты, правда, думаешь, будто Перепелина сможет меня заинтересовать?

– Нет, - честно ответила на поставленный вопрос, чувствуя, как слипаются глаза, - но пофлиртовать ты с ней должен непременно! Предвосхищая следующий вопрос, отвечу сразу: она находится в зоне риска - Рико же, насколько мне известно, хочет испытать "Гиос" на антисоциальных личностях. И блондинка, пускающая слюни на препода, как нельзя лучше вписывается в эту картину. Если она будет со мной постоянно общаться, то мы хотя бы сможем присматривать за ней.

– Вот и ходите вместе в кино и на гулянки, а меня сюда попрошу не впутывать!
– окрысился молодой мужчина.

– Если не проявишь к ней интерес, то она перестанет со мной созваниваться, решив, что толку от моих советов никакого.

– Но ведь это правда!
– снова не смог промолчать Ник.
– Может, мне больше по вкусу взбалмошные натуры, открыто демонстрирующие протест против устоявшихся моральных правил?

– Как только обезвредим Рико или хотя бы вернём документы по "Гиосу", флиртуй тогда с кем хочешь, а до того момента, прошу, помоги мне!
– и главное состроить жалобную мордашку.

– Радуга, мы ещё при первой нашей встречи обговорили, что ни ты, ни Даниель, не будете впутывать меня в эту историю, поэтому можешь даже не рассчитывать на помощь и сострадательность!

Высказавшись, молодой человек поднялся на ноги и скрылся в своей комнате, напоследок с силой жахнув дверью о косяк.

Обиженно надувшись, словно мышь на крупу, ничком упала на диван и, подтянув колени к груди, с тяжёлым вздохом закрыла глаза. Думать или тем паче двигаться было откровенно лень, поэтому, нащупав небольшую думочку, удобно устроила на ней голову и с чувством выполненного долга благополучно уснула.