– Думаю, к вечеру буду как огурчик, - бодро заверил его дядя.

– Стайлз, если тебе что-то не понравится, можешь смело встать и уйти, - сказал ему Дерек выходя за дверь.

Проводив его взглядом, Стайлз не выдержав, первым заговорил с Питером.

– Это правда, что вы с моей мамой были любовниками?

Сделав удивленные глаза, Питер быстро взял себя в руки.

– Ну что же, если ты настолько осведомлен, мы можем побеседовать без обиняков.

Да, это так. Мы были с Клаудией близки до того, как она встретила твоего отца.

– Но как вы могли? Она ведь приходилась вам сводной сестрой?

– Во-первых, в среде оборотней это не имеет большого значения. А во-вторых, - сказал Питер с долей вызова в голосе, - я любил ее и она, возможно, испытывала ко мне что-то подобное.

– Это вы тогда вызвали 911? – спросил Стайлз.

– Да, - с горечью ответил Питер, - но как видно было уже слишком поздно.

– Я благодарен вам за то внимание, которое вы оказали моей маме в тот день, - произнес Стайлз тихим голосом, глядя Питеру в глаза.

– Видишь ли, Стайлз, в тот миг как я узнал, что Клаудии больше нет, я был так убит горем, что моя сестра Талия посчитала за возможное забрать все мои воспоминания связанные с твоей мамой, лишь бы я не наделал глупостей.

И лучшей благодарностью с твоей стороны, я считал бы возможность с ней попрощаться, посетив ее могилу.

Видя, что Питер говорит вполне искренне, Стайлз немного подумал и, поджав губы, ответил:

– Я думаю, что в этом нет ничего предосудительного. Если хотите мы съездим туда вместе. Скажем, на той неделе.

– Спасибо, Стайлз. Ты не представляешь как для меня это важно.

========== Глава 32 ==========

После того как Стайлз ушел, Питер пытался разобраться в тех чувствах и ощущениях связанных с появлением парня в его жизни.

Ненависти к нему он определенно не испытывал. Пусть он ему и неродной сын, но Стайлз это все что осталось от его Клаудии. У него ее глаза, улыбка, и судя по всему, он неплохой парень.

Если ему суждено стать оборотнем, Питер сам начнет его обучать. И будь он проклят, если позволит, кому или чему-либо, забрать у него Стайлза, как забрали его любимую.

От этих мыслей его отвлек стук в дверь.

В комнату вошел Алан Дитон и, увидев вполне удовлетворительное состояние Питера, вздохнул с облегчением.

– Слава Богу, пиявки помогли! – сказал Дитон.

– Ты ставил мне пиявки? – удивился Питер.

– Да. И если бы не они и забота милой Кристалл Уиттмор, кто знает, что с тобой было. Так, что ты у нее в долгу.

– Еще скажи, что я в долгу у пиявок, - буркнул Питер, улыбаясь.

– Ну, вообще-то своей жизнью ты обязан всем нам и своей натуре. Не будь ты оборотнем, мог бы и умереть.

– Что это был за яд? – заинтересованно спросил Питер.

– А что ты чувствовал? – спросил Алан.

– У него странная реакция. Сначала я испытывал дикую боль и сильный жар, а потом я словно окунулся в море блаженства и удовольствия.

Я не только вспомнил все связанное с Клаудией, но мне приснился настолько реальный сон, что мне казалось, все происходило на самом деле.

Отведя взгляд в сторону, чтобы скрыть свои подозрения Алан присел на кресло и стал рассказывать, что ему удалось узнать.

– Яд Рицин. Имеет растительное происхождение. Но судя по твоим ощущениям, в него была добавлена значительная доза наркотического вещества.

– На нас же наркота не действует, - сказал Питер удивленно.

– Наверное, это один из тех случаев, когда одно не обходится без другого, - рассудительно ответил Алан.

– Ты это о чем?

– Чтобы получить удовольствие, ты должен сначала испытать боль, - сделал заключение Дитон.

– Весьма интересное открытие, - сказал Питер, на секунду задумавшись.

– В любом случае, я благодарен тебе за проделанную работу, - обратился он к Алану. – Надеюсь, ты останешься на церемонию посвящения?

– Для меня это, честь, - с улыбкой ответил Алан.

***

Наступил долгожданный для всех вечер. Стилински с интересом наблюдал за церемонией посвящения.

На поляне были разведены костры, образующие собой круг. В центре стоял Питер с красивым ожерельем на груди, с изображением трискелиона, такого же узора что и на спине Дерека.

Каждый, кто хотел вступить в стаю Хейлов, заходил в круг и давал клятву верности его альфе.