***

Наступившее полнолуние парень мирно проспал в своей кровати, так и не став оборотнем.

Почти перед самым рассветом он, еще находясь на грани сна, резко подскочил и уставился на свои руки, а потом потрогал свое лицо, проверив, нет ли во рту клыков.

Но убедившись, что он все тот же Стайлз Стилински, с радостным облегчением вздохнул и, упав на подушки, провалился в сон.

Проснувшись утром с мыслью, что сегодня он уедет домой, оставшись человеком, так обрадовала Стайлза, что он начал колотить себя в грудь и кричать, как Тарзан.

Быстро сполоснувшись, чтобы прогнать остатки сна, он оделся, взял рюкзак и, открыв свою дверь, направился по коридору к лестнице.

Спустившись вниз, он обнаружил Питера сидящим в кресле и серьезно о чем-то размышляющим.

– Привет, Питер! Как видишь, я не оборотень, так что могу спокойно возвращаться домой, - бросил Стайлз, направляясь к парадной двери.

– Не спеши, Стайлз. Нам надо поговорить, - спокойно сказал Питер, - присядь, будь так любезен, - добавил он, указывая на стул стоящий напротив.

Стилински глубоко вздохнул, но все же выполнил просьбу альфы.

– Поскольку ты все еще человек, - начал Питер, - я бы хотел предложить тебе некий дар. После него ты сможешь забыть, про слабость, старость и боль.

Ты будешь быстр и вынослив. Станешь хорошо видеть слышать и обонять, даже в темноте. Обладая животным магнетизмом, ты будешь привлекать к себе красивых женщин и мужчин. Ты станешь одним из нас.

– И что, ты вживишь мне ген волка, или заставишь пить из лужицы?

– Очень остроумно, - заметил Питер с легкой улыбкой.
– Нет, Стайлз, я просто тебя укушу.

Видя, как парень раскрыл рот в немом изумлении, он продолжал:

– Мы стараемся этого не делать, лишь только когда нас мало, и когда нам уже глубоко насрать на чистоту крови. Но в твоем случае я сделаю исключение с большим удовольствием.

– Очень смешно, - отозвался Стайлз.

– Я что, похож на клоуна? – раздраженно спросил альфа.
– Я как никогда серьезен. Это единственная для тебя возможность стать оборотнем.

– Ты предлагаешь мне обречь себя на ежемесячную жажду крови, ограниченную свободу и боязнь схлопотать пулю в зад?- ехидно спросил Стайлз.

– К чему такие крайности? – спросил в ответ Питер.
– Став оборотнем, ты можешь этого не бояться. Это только первые несколько месяцев, потом будет легче. Я все время буду рядом.

– Спасибо, но мне нравится быть свободным человеком, - гордо ответил Стайлз, снова собираясь уйти.

Резко встав и преградив ему путь, Питер схватил парня за плечи в попытке удержать.

– Если ты останешься со мной, я смогу тебя защитить. Ты так же ни в чем не будешь нуждаться. Я осведомлен о вашем плачевном финансовом состоянии и позабочусь о том, чтобы твой отец безбедно встретил свою старость, тихо качаясь в кресле на крылечке, попивая виски.

Глядя, что Стайлз все равно решительно настроен уйти, особенно после таких слов, альфа стал терять терпение:

– Да пойми ты, глупец, в тебе течет кровь Клаудии, и шанс обернуться в любое полнолуние очень высок. Я уже отпустил ее жить среди людей, с тобой я такой ошибки не повторю.

С каждой фразой Питер кричал все громче. Он еле себя сдерживал, так бесил его этот упертый щенок.

– Ты останешься здесь и точка! – прогремел Хейл.
– В противном случае, ты больше никогда не увидишь Дерека, а с твоим отцом может случиться несчастный случай.

– Питер, ты не можешь быть такой бессердечной скотиной. Я тебе не верю! – пораженно говорил Стайлз.
– Ты не посмеешь!

– Парень, ты даже не представляешь, на что я способен.

Стайлз устремился к входным дверям пытаясь выбежать на улицу, но дернув пару раз ручку, обнаружил, что они закрыты.

– Выпусти меня сейчас же! Это уже попахивает похищением! – заорал Стайлз.

– Или ты добровольно со мной останешься, или я прикую тебя цепями к кровати в своем кабинете и глаз с тебя не спущу ни днем, ни ночью, - сказал Питер Стайлзу, подойдя к нему вплотную.

Они в упор смотрели друг на друга, прожигая взглядами.

– Я тебя не боюсь! – смело бросил парень.

– А стоило бы!

– Ты не имеешь никакого права!

– Ошибаешься, мальчик, я твой родной дядя по линии матери!

– Я не твоя собственность! – стал заявлять Стайлз.
– И я тебе не Клаудия!

Желая задеть Питера еще сильнее, он язвительно добавил:

– Впрочем, и на нее ты никогда не имел прав. Она полюбила моего отца и осталась с ним!

Раздалась звонкая оплеуха. Оба не ожидали такой реакции. Стайлз испуганно уставился на Питера, схватившись за щеку. А Хейл-старший так же испуганно переводил взгляд со своей занесенной руки на ошарашенного парня.