– Спасибо на добром слове, наставник, - улыбнулась она.

– Не обольщайся, Квинтиус! Тебе еще учиться и учиться, пока станешь настоящим вигилом, - мужчина напустил на себя серьезный вид, но Мария не обманулась этим, потому как его глаза смеялись.

Она впервые сподобилась нормально пообедать, оценив замечательные щи в исполнении Марфы, женщина умудрилась заменить капусту какой-то местной ботвой, что получилось почти неотличимо от оригинала. Затем настал черед посетить лавку и закупиться нужными каждой женщине мелочами. Её помещение напоминало скорее свалку самого разнообразного хлама. Ковшы, кастрюли, лопаты, мочалки, метлы и умопомрачительные портки с лиловыми цветами так впечатлили Марию, что она не сразу заметила хозяина всего этого великолепия, невысокого и уже слегка скрюченного мужчину с абсолютно седой головой. Тот увидев посетителя встрепенулся, от чего ударился о медный жбан и на секунду потерял ориентацию. Когда звон в ушах стих, девушка смогла-таки пообщаться с Ордмером, который наотрез отказался сообщать ей свой номен. Его захламленную обитель Мария покинула вполне довольная собой со с похудевшим кошельком и полными руками покупок.

Дни потянулись за днями. Новизна первого знакомства с жизнью крошечного поселения на самом краю Империи стерлась и сквозь неё все больше проглядывал ветхий и покосившийся каркас будней. Каждый день Мария ездила на патрулирование с легионерами, а раз в несколько дней по одному Клавдию известному графику, они проверяли все якоря и меняли кристаллы, если необходимо. Главным развлечением и по совместительству неприятностью стал Тирей, возомнивший себя героем-любовником и с маниакальным упорством не дающий девушке прохода. Все началось со второй же тренировки на площадке легионеров. Мария предусмотрительно взяла с собой полотенце и кувшин воды, чтобы освежиться. Заметив, что она сделала перерыв, юноша сразу подошел к ней.

– Мария, что ты делаешь сегодня вечером?
– спросил он и улыбнулся призывно.

Девушка смешалась от такого напора, а Тирей не терял времени и подошел ближе.

– Сходим вместе на озеро?
– юноша попытался встать вплотную, но наткнулся на выставленную вперед руку Марии.

– Мы никуда не пойдем, легионер, - постаралась она охладить его пыл официальным обращением.
– А на вечер у меня уже есть планы.

Сказав это она пошла домой и посчитала инцидент исчерпанным. Тирей, однако, так не считал, и подошел к ней на следующей тренировке, и после не пропускал ни одной. Он выпячивал вперед грудь, надевал все более откровенные наряды, даже пробовал как-то показательно тренироваться с Марией, но сдался после получаса не выдержав её темп. Самоуверенности юноши это ни капли не поколебало. Тирей широко улыбался, демонстрируя пару выбитых зубов и все продолжал звать девушку на свидание. Та посылала его всеми возможными вежливыми методами, но чувствовала, как терпение заканчивается. И вот, в один из дней надоедливого поклонника не оказалось на его обычном месте, а ряды жаждущих зрелищ зрителей поредели. Самыми стойкими оказались Гай и Агриколус.

– Не пойми превратно, - с опаской обратилась Мария к Ливидиусу.
– Но чем я обязана счастью не лицезреть сегодня Тирея?

В ответ Гай расхохотался и, успокоившись, выдавил:

– Ему выдали наряд на чистку нужников, - после чего снова хохотнул и продолжил.
– Он решил, что провонял испражнениями, и не смеет оскорблять твой нюх!

После этого легионера скрутил новый приступ смеха. Мария не удержалась и тоже улыбнулась. Надо бы договориться с деканом Фаберусом, чтобы эта повинность была закреплена за неугомонным Тиреем на постоянной основе. К несчастью, одних суток проветривания юноше хватило и уже на следующий день он стоял как штык и был готов возобновить свои навязчивые попытки завладеть вниманием Марии.

Созданный Тиккануа прорыв оказался единственным, о том, что он был, напоминали только шрамы на теле девушки и лист с суммой, которую она была должна Нидгару за лечение. Клавдий на все её вопросы отмахивался, мол, сообщил в Кастеллум по трансмиттеру, пока этого достаточно. Все равно, никаких рейдов они устроить не могут, максимум опросить легионеров, приезжающих в поселение отдохнуть.

В один из спокойных дней, после привычного патрулирования девушка попросила Росция устроить ей экскурсию по поселению. Они дошли до поросшего камышом берега озера. На глубину уходил узкий дощатый причал, к которому стояла привязанной одна куцая лодочка. Рыбаки жили вдоль берега в жилищах напоминающих мазанки, невысокие, с крышей, покрытой высохшей травой. Около одного из домов в луже возилось пятеро детей, они смеялись и что-то лепили. Все черноволосые с явно не европейскими чертами лица. Воду, очевидно, натаскали из озера. Самому младшему на вид не было еще и двух лет, он бегал голышом, как и еще один мальчик чуть старше. За всеми приглядывала девочка лет шести в простом холщовом платье. Завидев Марию с Клавдием насторожилась и заслонила собой малышей.

– Она нас боится? Почему такая реакция?
– спросила девушка у вигила.

– Скорее настороженно относится. Они хоть и живут фактически в поселении, мало кто сюда заходит к ним.

Опровергая его слова из дальнего дома вышел легионер, на ходу поправляя форменные штаны. Завидев Росция с Квинтиус, он сначала замолчал, а потом криво ухмыльнулся и прошел мимо даже не поздоровавшись.

– Кто это такой?
– спросила Мария, посмотрев в спину кряжистому мужчине, который так на них и не оглянулся.
– Его еще не ставили в патруль...

– И не поставят, он тут для другого, - нахмурился Клавдий.
– Фрам это, лучше не связывайся с ним. Дрянной человек. Чтоб его тиккануа сожрали и не подавились!

После этого настроение вигила отчетливо сменилось и он скупо рассказал о том, что добытую в озере рыбу в основном готовят легионерам, чем и живут все семьи рыбаков, в основном из коавильтеков. Они вернулись обратно на главную площадь, оттуда свернули не в сторону казарм и дома вигила, а в противоположную. По одну сторону улицы было большое подворье за трактиром, откуда слышалось мычание коровы и кудахтанье кур. Хозяйство у трактирщика оказалось большое. Сразу за забором притулился небольшой домик, на окне которого висела красная лента.

– Тут живет Элла с дочерью и двумя внуками, - сухо сообщил Клавдий.

Напротив жилища проститутки стоял сарай, принадлежащий, по словам Росция лавочникам. Между сараем и лавкой с продуктами стоял дом с двумя входными дверями.

– Тут живут Гай и Берг с женами, - пояснил вигил.

На этом поселение заканчивалось. Остальные здания были хозяйственными, конюшня сразу за префектурой, где все держали своих лошадей, а напротив неё трактирная баня, где мылся владелец с семьей и постояльцы, если готовы были заплатить. Они вернулись домой и занялись своими делами.