– Из человеческой головы. Не вам ли лучше меня знать, что самые страшные чудовища не в эфире, они рядом с нами. И произошедшее с ней только подтверждает это, - Мария показала на дикарку.
– Признать такое гораздо сложнее, чем переложить вину на неких духов.

– Вина остается с тем, кто её признает. Духи тут не причем.

– Но вы считаете, именно они создают чудовищ темной стороны?

– Частично. Ты не видела то, что видел я.

– Жалкий аргумент, - она усмехнулась.
– Видела я многое, а уж в эфире проваливалась туда, откуда обычно не возвращаются.

На этой фразе упрямое выражение на лице Клавдия сменилось удивлением и он замер, очевидно, догадавшись, о чем вела речь Мария. Та окинула взглядом комнату и вышла. Препираться с вигилом дальше не было смысла. Она уже встречала уверенных в своей правоте верующих людей. Тех не сдвинет с места никакой аргумент, потому как останется и самый последний довод - истинная вера не нуждается в доказательствах. Скорее всего красивая дикарка просто понравилась Росцию. В это поверить было легче, чем в рассказанное мужчиной. Подумать только, духи! Он бы еще про горних ангелов рассказал и карах за грехи человеческие!

От метафизических сфер её отвлекла любопытная Марфа, поймавшая прямо на входе в общий зал и завалившая вопросами о том, кого они с Клавдием к ним приволокли. Мария рассказала урезанную версию происшедшего, которая скорее всего обрастет подробностями с помощью Гая и других легионеров. Вырвавшись из тисков жадной до новостей женщины, она пошла к дому Брандов. Росцию, конечно, совсем затуманило мозги, раз сразу не пошел к лекарю, но её задача как интерна обеспечить здоровье наставника.

– Говоришь, воспаления не было?
– уточнил Нидгар, услышав всю историю их небольшого приключения.

– По крайней мере когда я его перевязывала, нет. Вы его друг, вот и втолкуйте, что здоровье не стоит разбазаривать, - она встала со стула.

– Кто бы говорил, Квинтиус, - хохотнул мужчина.

– Я всегда своевременно обращаюсь за медицинской помощью, - улыбнулась она.

– Хорошо бы вообще обойтись без медицинской помощи, - пробормотал блондин и пошел к шкафу, где хранились эликсиры.
– Пойду навещу нашего раненого.

Росций вернулся вечером и сразу завалился спать, поэтому ужинала Мария в одиночестве. Дикарка очнулся на следующий день пока она патрулировала округу с бессменным Гаем и Идо. Об этом рассказала Марфа, выставив на стол суп с булочками.

– Наш Клавдий к ней снова ходил, - шепотом и по-руски сказала она, наклонившись к девушке.
– Очнулась. Лопочет что-то на своем, ничего не разобрать. Вот зуб даю, не закончится дело добром. Дикари эти как есть варвары!
– Мария усмехнулась языковому каламбуру, на латыни это было одно и то же, все дикари назывались варварами.
– Людей режут! Ладно еще врагов, так своих же!

– Марфа Никтична, это их жизнь и их уклад. В чужой монастырь, как говорится, со своим уставом не ходят.

– И то верно, - вздохнув согласилась она и добавила.
– Но жалко-то как! Режут друг друга почем зря.

Мария задумалась было о том, что даже в другом мире люди не меняются, но отогнала от себя эти размышления, портящие нервы и аппетит и принялась за обед. Выяснить же в чем именно интерес Росция к дикарке все же стоит. По оговоркам Нидгара и префекта она поняла, что Клавдий очень плотно общался с племенем Лепаи, особенно с их шаманами. Даже помогал им как-то. Возможно, вигил ведет какую-то свою игру. Тревожило и отсутствие вестей и определенности с прорывом, закрытым ею по приезду. Кто и по какой причине его открыл? Почему больше не было повторений?

Дверь оказалась не заперта, девушка постучалась для проформы и открыла её. Дикарка сидела на кровати и настороженно разглядывала посетительницу.

– Ну, здравствуй, - Мария прошла и присела на сундук.
– Предполагаю, что ты ни слова не понимаешь. Я Мария. Мария, - показала рукой на себя и повторила.
– Мария. Мария.

Ответом ей было молчание и девушка уже решила повторить представление как дикарка тихо сказала "Экуэт" и показала на себя.

– Неплохо!
– обрадовалась Квинтиус.
– С именем определились!

Далее, однако, процесс пошел туже. Экуэт лепетала что-то на своем. Все способности Марии к пантомиме привели только к тому, что на попытки вызнать подробности её жертвоприношения, дикарка задрожала и забилась под одеяло в угол кровати. Именно в этот момент в проеме возник Клавдий.

– Чем ты её так напугала?
– спросил он.

– Пыталась узнать о жертвоприношении.

– Нашла о чем спрашивать, - нахмурился мужчина.
– Кто будет рад вспомнить о таком.

– Конечно, она будет не рада, - язвительно ответила Мария.
– Тем не менее, нам необходимо убедиться, что она не была прислана к нам специально и это не повторение того случая с прорывом.