Он ещё раз огляделся. Его взгляд остановился на Марине. Она замерзла, кончик её носа покраснел. Но больше всего Олега поразили её глаза – она смотрела на него с надеждой. Его жена никогда так на него не смотрела, ей даже неинтересно, чем он тут занимается. А Марине интересно, и она помогает ему как только может – даже на бульдозере расчищала площадку! И бутерброды сегодня привезла. А сейчас замёрзла, но не уходит в машину, а стоит вместе со всеми и смотрит на него. Он не может обмануть её надежды!

Олег глубоко вздохнул и решительно скомандовал:

– Пробуем ещё раз!

Вновь заревел двигатель бульдозера, вырвался чёрный дым из выхлопной трубы, замелькали, разбрасывая грязь, гусеницы. И опять ничего не произошло. Трясина держала танк крепче, чем было сцепление гусениц бульдозера с грунтом. Но теперь Олег знал, что делать дальше. Он решительно поднял скрещенные руки:

– На сегодня хватит! Всё равно так ничего не получится, а скоро начнёт темнеть. Завтра ищем трактор помощнее и повторим.

Зябко поёживаясь, МЧСовцы заторопились к своему УАЗику. Поисковики тоже полезли в свою машину. Вадим подошёл к Олегу:

– Я здесь оставлю дежурных, чтобы оборудование не сворачивать.

– Хорошо, – кивнул Олег, – У них есть чем палатку отапливать? И еда какая, чтобы поужинать?

– Да, всё предусмотрено, – успокоил его Вадим и пошёл к палатке.

– Олег, может, всё-таки поедите? – Марина вспомнила про свои бутерброды.

– Спасибо! – Олег взял из её рук бутерброд, но благодарил её скорее за тот взгляд, который вывел его из оцепенения. Тракторист тем временем отсоединил трос и на бульдозере подъехал к ним:

– Марина Петровна, здравствуйте! У вас найдётся время к моей зайти, а то совсем взбеленилась глупая баба! – он показал на свой подбитый глаз.

– Что с вами? – удивилась Маринка.

– Ревнует чёртова баба! – вздохнул тракторист, – Вы уж зайдите, пожалуйста, вправьте ей мозги.

– Хорошо, после ужина обязательно зайду, – обнадёжила его Маринка, залезая в джип.

8.9.

До деревни ехали, ни проронив ни слова. Так же молча вошли в дом, в котором жили, и сели за стол. Петрович взялся подогревать на плитке картошку, оставшуюся с утра. Олег сидел за столом и размышлял. Где он завтра возьмёт более мощный трактор? Где вообще в этой глуши взять другой трактор? А почему вообще трактор? А если взять лебёдку? Или две лебёдки? И полиспаст для увеличения усилия. А за что это крепить? И где вообще это взять? Ведь это нужно не когда-нибудь, а к завтрашнему дню. Наконец он не выдержал:

– Петрович, какие мысли?

– Поужинать и лечь спать, – Петрович взял банку тушёнки и достал нож.

– А завтра?

– А завтра видно будет. Утро вечера мудренее. Ты уверен, что его вообще можно вытащить? – Петрович поставил перед ним тарелку.

– Петрович, ты понимаешь, что мы… - Олег запнулся. Он поднял голову и встретился взглядом с Мариной. В её тёмных глазах было столько веры в него, что он понял – он уедет отсюда только с поднятым танком. Или не уедет вообще. У него нет права дать задний ход. Он придумал эту затею, он втянул в неё людей, в том числе эту замёрзшую женщину, которая сейчас не отрываясь смотрит на него. Он теперь не может им просто так сказать – извините, братцы, не получилось… И он решительно закончил:

– Я отсюда без этого танка уехать не могу!

Марина посмотрела на обветренное лицо Олега. Со вчерашнего дня в нём что-то изменилось – то ли лицо осунулось, то ли в глазах появился какой-то стальной блеск. Ещё вчера этого не было. Марина подумала, что, наверное, когда-то вот так смотрел его дед перед тем, как пойти в свою последнюю атаку. Она вздрогнула от этого сравнения и отвела взгляд. Он сказал, что завтра у него будет более мощный трактор. Где же он его возьмёт? Она подумала – а ведь ещё не поздно дать задний ход. Ну просто свернуться и уехать. И сказать – не получилось. Или даже – этого нельзя сделать, мы честно пробовали. Денег потрачено немного, как-нибудь отчитаемся. Но просто прогулялись, и вернулись в Москву.

Она снова бросила на Олега быстрый взгляд. Он лениво ковырялся в своей тарелке. Вдруг он решительно отложил ложку.

– Придётся ехать в райцентр и искать другую технику, – он стал листать свою записную книжку, – Там же должно быть что-то посерьёзнее.

– А если не найдёшь? – Петрович скептически посмотрел на него.

– Значит, поедем в Белгород. А там не найдём – поедем в Москву. Да хоть в Японию!

– Но это же время! – Петрович покосился на Маринку, – И деньги!

– В крайнем случае у меня свои деньги есть, – Олег тоже глянул на Маринку, – Кстати, ты сегодня снимал?

– Обижаешь! – Петрович ткнул пальцем в видеокамеру, лежавшую на столе, – От начала и до конца!

– Надо будет на ноутбук перегнать. Завтра тоже много снимать придётся, – Олег снова взял ложку и стал жадно есть. Видимо, приняв окончательное решение, он успокоился. Но у Петровича сомнения остались:

– А если это всё затянется и мы тут застрянем? Чего на работе скажем?

– Не застрянем! – голос у Олега был бодрый и решительный, – Завтра, максимум послезавтра, всё сделаем и поедем.