Впервые Элион почувствовала, что до конца понимает Фобоса.

Как должно быть ему было противно от того, что его имя мешают с грязью, пользуясь их семейным несчастьем! Каким же одиноким он себя все это время чувствовал! И как она была неразумно глупа, постоянно задавая одни и те же вопросы. Теперь она была точно уверена, что Фобос все это время боялся, что она поверит этим омерзительным слухам, что злые языки зародят в ней сомнение.

Что за люди могли так поступить? Фобосу было всего десять, когда погибли их родители, это гораздо меньше, чем ей сейчас. Он был совсем ребенком. Ей сложно было представить брата беззащитным мальчишкой, но теперь она была уверена, что когда-то он, несомненно, был таким. До того, как его сломали и перекроили, заставили поверить, что это он — виноват во всем, что он — один на свете.

Снова и снова представляя, какими взглядами провожали Фобоса придворные, как шептались они за его спиной все эти годы, Элион с трудом подавляла слезы жалости.

Впервые она пошла не привычной дорогой к нему в комнату, а завернула чуть раньше — в свои покои. Она не была уверена, что сможет сдержать эмоции, а чтобы говорить с Фобосом, ей нужен был рассудок.

Только так, подогнув ноги и обняв свои коленки руками, наедине с собой она могла привести мысли в порядок. Как сильно Элион не верила бы Фобосу, ей все равно нужно было знать, что именно произошло четырнадцать лет назад, ведь, как оказалось, так просто нарушить хрупкое равновесие, в котором она сейчас находилась.

— Стража передала, что ты будешь ждать у меня.

Элион с трудом разлепила глаза и села на кровати. Кажется, она уснула, в голове ясности не было. Она уставилась на Фобоса, который неспешно передвигался по темной комнате, разжигая свечи.

— Да, я… — она запнулась, не зная, что ответить. — Я забыла.

— Вот как, — несколько озадаченно пробормотал он, приближаясь к кровати.

Элион стеклянным взглядом наблюдала за его действиями, не делая никаких попыток завязать беседу, что обычно делала.

— Что-то случилось? — с легким беспокойством спросил он, обводя глазами комнату.

— Ты должен мне рассказать, что случилось с… — она хотела выпалить фразу на одном дыхании, но оно кончилось неожиданным образом, оставив ее без шансов.

Элион глубоко вздохнула, чувствуя, что решительность покидает ее, и краска приливает к щекам. В тишине слово «должен» прозвучало очень требовательно, поэтому она смягчила тон.

— Я была бы рада, если бы мы поговорили о…

— Я понял, — мрачно перебил ее Фобос. — Почему сейчас?

— А почему бы и не сейчас! — не очень убедительно бросила в ответ Элион.

— Что случилось? — впился глазами в нее Фобос.

— Ничего!

— Врешь! — нахмурился Фобос, презрительно скрещивая руки на груди и будто разочарованно отворачиваясь в сторону. — Ты мне врешь.

— Я не… — Элион начала паниковать, чувствуя, что разговор вновь уходит с темы, на которую она рассчитывала. — Фобос, я вовсе не…

— Элион, — процедил он, прохладно улыбаясь. — Не нужно больше лгать, у тебя плохо это получается. Скажи, ты… Ты говорила сегодня с кем-то?

Она в очередной раз поразилась проницательности Фобоса.

— Просто кивни, если это так, — мягко прошелестел он, слегка поддаваясь вперед.

Он уводил разговор в сторону, но у нее все еще был шанс, поэтому Элион сдалась и кивнула.

— Седрик! — практически взревел он, вскакивая с места и делая круг по комнате. — Он должен был не выпускать тебя из поля зрения! Где его носило?!

— Я сама ушла, — в защиту лорда пролепетала Элион. — Я шла в покои, когда кто-то…

Она запнулась на слове, а это не осталось незамеченным. Он снова подобрался ближе и уставился на нее требовательным взглядом.

— Кто-то?

— Я не видела, кто это. Там было темно, но…

Фобос едва не взревел, и она поспешно добавила:

— Это был один из коридоров по пути сюда. Я тысячу раз там ходила, но там было что-то вроде комнаты за портьерой… А, может быть, это была развилка, я точно не знаю.

— Ясно, — только и сказал Фобос неожиданно спокойным голосом.

Внутри него клокотала ярость. Он был зол на Седрика, что оставил Элион легкой мишенью. Он был зол на Элион, что считает возможным шляться по замку без охраны. Он был зол на мятежников, само собой. Но он ничего с этим не мог поделать, поэтому только опустил глаза и пробормотал обрывистое «ясно».

Элион стало тоже на краткий миг обидно. Ведь она ничего этого не желала, не искала приключений и всего лишь хотела, чтобы Фобос провел этот вечер с ней. Но это он ее оставил, а значит ей уж точно не в чем себя винить.

— Это всё, что ты хотел узнать? — нарушила непродолжительную тишину она.

Он с кривой ухмылкой прищурился и смерил Элион насмешливым взглядом.

— Узнала что-то новое обо мне?

— Пока ничего.

— Пока?

— Пока ты сам мне не расскажешь.

Ее спокойный тон и мягкость, с которой она отвечала, несколько умерили его раздражение. Он выдохнул и снова присел на кровать. Она невозмутимо ждала его дальнейших вопросов, чтобы наконец он мог ответить на ее.