Вид лысой собачонки, лихо барабанящей по «клаве» и извлекающей оттуда иностранные слова, добил Косого окончательно.

Колян и без того поверил другу. Дружище Боря - никуда не денешься, не ошибешься, - сидел в чужом организме. Разговаривал и вел себя в неповторимой завьяловской манере. Иных доказательств Косому уже и не требовалось, но фантастическое зрелище печатающей собаки довело его до туповатого окостенения. Огромный байкер, наморщив лоб, не отрываясь, глядел на Жози-Жюли и обращался к ней «мадам Капустина», и исключительно на вы.

Три остальных интеллекта тоже времени зря не теряли. Лев Константинович попросил собачьего мужа с максимальной точностью воспроизвести весь разговор, подслушанный на кухне. Припомнить даже пазы.

– Я подошел, когда Миранда и Платон уже определились кто есть кто, - сосредоточенно повествовал Капустин.
– Миранда спрашивала Платона, как и почему тот очутился в теле Раи... Если дословно, то циклоп ответил так.
– Иннокентий прищурился, сосредоточился и даже голос изменил, стараясь попадать под интонации Раи-Платона: - «Раиса целовалась до потери сознания с носатым парнем, ее мозг был полностью распахнут. Девушка совсем поплыла... я залетел в нее, как пуля!» - Стилист открыл глаза, кивнул, подтверждая самому себе точность рассказа.
– Да. Было так, очень коротко и точно. «Раиса целовалась...»

– С Гоги, - уточняя, горько пробасил Косолапов.
– Они вечно назначали стрелку на лестнице между вторым и третьим этажом.

«Совсем маленько я тогда не дошел, - мысленно опечалился Завьялов.
– Я повернул к лор-отделению на втором этаже и не дошел до Косолапова. Платона, видать, в Раю метнуло, когда я был на лестнице. Табличка перед лор-отделением последнее, что я запомнил, глядя еще собственными глазами. Точнее, глазом».

«Раскрепостилась девушка до бессознательности, впустила в себя этого гада, - пробурчал Лев Константинович.
– Или... мадам История легонько подтолкнула Платона в нужную ей сторону. Тут фиг поймешь».

Жюли негромко тявкнула, сообщая, что закончила письменную работу. Иннокентий пробежал глазами набранный текст, пробормотал «уви, мон шер ами» и обратился к интеллектам:

– Жюли удалось подслушать практически весь разговор Платона и Миранды. У моей жены есть некоторые замечания и добавления по существу вопроса. Я с ней в этом случае полностью согласен: мне тоже показалось, что Миранда находится на распутье.

Следуя рассказу жены стилиста происходило вот что.

Жози-Жюли почти сразу же отправилась за девушками на кухню. Циклопы не заметили, как крошечная собачка забралась под стол, и говорили свободно. Платон предлагал сразу же смыться из квартиры: незаметно или по поводу, добежать до магазина, например. Миранда, как показалось Жюли, держала паузу. Задавала отвлекающие вопросы, уходила от темы... Начала расспрашивать Платона о том, как того угораздило очутиться в женском теле и хвалила за отличную идею - разыскивать ее через Косолапова.

Но едва Платон предложил закончить разговор и сматываться, Миранда повела речь о бесперспективности их миссии, забормотала о полученных доказательствах разумности Истории, о некой важной миссии...

Подслушивающая их Жюли решила, что узнала достаточно, и пора сообщить друзьям о появлении Платона в Рае. Тихонько двинулась на выход...

Миранда увидела собачку и тихо вскрикнула: «Она из наших! Платон, в ней путешественник сидит!»

Платон ринулся за собачкой, и если бы не своевременное появление мужчин на кухне, наверняка свернул бы псинке шею.

Говоря о вероятной участи жены, стилист зябко поводил плечами, глаза взволнованно закатывал и ежился. Жюли вздыхала, но в общем-то держалась героически.

Посчитав, что у Константиновича больше опыта в проведении контр-операций и розыскных мероприятий, Завьялов уступил ему бразды.

– Значит, - задумчиво нахмурился Потапов, - у нас получается, что Миранда все же предала нас. Сообщила Платону об опасности, указала на подслушивающую собаку.

– Жюли в этом не уверена, - покачал головой Иннокентий.
– Ей показалось, что Миранда никак не может выбрать, чью сторону ей принять: подчиниться Платону или все-таки попробовать обратить сообщника в новую идеологию.

– Возможно, - согласился генерал.
– Последовавшие события говорят о том, что и Платон в раздрае, уже не слишком уверен в своей сообщнице.
– И хлопнул ладонью по подлокотнику.
– Эх, нам бы как-нибудь связаться с Мирандой! Чем дольше она с Платоном, тем больше вероятность, что он ей заново мозги промоет!

– Увы, Лев Константинович, - развел руками Иннокентий, - это невозможно. Платон не обсуждал дальнейших планов, не сообщил, куда хотел направиться. Жюли предполагает лишь одно: Платон намеревался жить в теле Бориса Михайловича Завьялова. Его билет в один конец отнюдь не предполагал реального самоубийства.

– Интересно, как он нынче ПМС в теле Раи переживет, - хмыкнул контрразведчик.
– Заместо богатого Бори оказаться в нищей медсестре - тот еще подарочек.
– И обратился к растерянному Косолапову: - Николай, что ты можешь рассказать о Рае? Платон, наверняка, не подготовил здесь какого-то лежбища, он собирался захватить носителя Завьялова и пользоваться его ресурсами. Подумай, куда они могли направиться, что есть у Раи?

Косой пожал плечами:

– Денег у нее - кот наплакал. Прописана у родителей, но живет на съемной хате в Митино. Я знаю адрес. Заезжали как-то, чтоб она переоделась.