– Это Экар. Мы вместе путешествуем, - юноша положил руку на плечо друга, - Он родом из Диких Земель.

– Из тех самых?
– Рикерт был удивлён, - Рад встрече. Меня все тут называют стариной Рикертом.

– Взаимно, - Экар поклонился.

– А это Руди, она меня сопровождает, - женщина только поклонилась.

– Экар, Руди, будьте как дома, - Ирша не выпускала из своих заботливых рук ребёнка, - Майли, а почему Ириса молчит?

– Она переболела тем же, что и я в детстве. Сейчас тихонько восстанавливается.

– Бедняжка, - она нежно прижала девочку к себе, - Но не волнуйся. Вон, как брат твой вырос, и не скажешь, что в детстве слабеньким был.

Закончив со знакомствами, Рикерт вынес стол и стулья на задний двор, где на свежем воздухе гости очень сытно пообедали. Майли рассказал только о том, что он возвращается домой после длительного путешествия. Про рабство и жизнь в джунглях не упоминал. Благо есть Экар, его истории о Диких Землях пользовались спросом, и неудобных вопросов получилось избежать.

После обеда два человека сидели на лавочке и мирно беседовали в тихой обстановке. Старик поведал о событиях той ночи, что изменила жизнь многих или погубила.

– Когда кираки напали на деревню, многие погибли. Кто от зверя, кто от пожарища, что мы устроили. Пламя распространялось очень быстро, отгоняя тварей в лес. Это было действительно страшно. Все уцелевшие собрались на открытом пространстве возле колокола, кольцо огня защищало нас от этих тварей. У меня в голове тогда крутился один вопрос: "Что будет с нами, когда огонь погаснет?", ведь вырубка с оврагом вокруг деревни не позволяла пламени перекинуться на лес. Тогда я не знал, что с рассветом кираки возвращаются в гнездо, оставляя на поверхности разведчиков. Потом прибыли солдаты, следопыты с городскими мужиками. Нас всех увезли в город. Должен признать, следопыты молодцы, они успели найти все гнёзда до дождей.

– Каким образом кираки попали на наши земли никто не выяснил?
– в джунглях Майли попадались эти звери, там они очень осторожные и не столь агрессивные.

– Не знаю. Но подобное произошло не только у нас, - Рикерт пытался что-то вспомнить, - Вроде ближе к столице и ещё где-то. Нам, деревенским, не надо этого знать. Выжил - уже хорошо, живи дальше и радуйся.

– А что стало с Сигом и Саем?

– Сиг пропал без вести, как и его отец. В ту ночь они были в лесу, - старик наблюдал за детворой, которая бегала вокруг необычной повозки, - Из их группы вернулись только Сай и Вил. Сай стал почти героем, это он запалил сопку, а вот Вил повесился спустя пару недель.

– Почему?
– Майли помнил этого мужичка, который всегда был весел и помогал почти всем в деревне. Он потерял жену и ребёнка, но смог выдержать этот удар. Когда другие от горя тихо сходят с ума, он, наоборот, ударился в работу. Трудно поверить, что такой человек покончит жизнь самоубийством.

– Это всё деревенские. Они винили его в смерти своих близких за то, что он привёл за собой этих тварей. Даже я чуть не поддался всеобщему настроению. Мы все тогда были на нервах, вот только кто-то решил выплеснуть всё на Вила, а там цепью последовал остальной люд. Эй малышня! Не трогайте лошадь, а то копытом перепадёт!
– дети от неожиданного громкого крика разбежались в стороны, - Идите в другое место играть.

– Ладно тебе. Им же интересно.

– Зато потом соскребать их с земли не очень интересно. Животное, есть животное.

– Хорошо, дядя Рик, не ворчи, - Майли поднялся со скамьи, - Пойду прогуляюсь до своего дома, или того, что от него осталось, - ради этого он приехал сюда, слишком много всего заключено в этом месте для его семьи.

– Стоит дом, куда он денется. Там сейчас живёт пожилой лекарь со своей внучкой. Тот ещё ворчливый дед, но дело своё знает. Не знаю, откуда он прибыл, слишком скрытный.

Майли отправился к дому в одиночку, в этот момент ему хотелось побыть одному. Прошло восемь лет, но дорога почти не изменилась, словно ребёнком бегал ещё вчера. Каждый шаг ему давался с трудом, многие воспоминания всплывали в его голове, сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Как бы он сейчас хотел увидеть свою мать, которая любила в летний тёплый день посидеть на крыльце и брата рядом с ней.

Увидев дом, что почти не изменился, только немного обветшал, Майли переполняли эмоции. Оградка маминого сада была сломана, дверь у сарая отсутствовала, крыша залатана как попало, перила на крыльце почернели, но для него это не существенно. Его воспоминания и фантазия восстановили всё.

– Простите! Вы к дедушке?
– из-за сарая вышла четырнадцатилетняя босая девушка в жёлтом платье-сарафане с тяжёлым ведром воды в руках. Её внимание привлёк молодой человек, который неподвижно стоял посреди двора с задумчивым видом.

– Нет. Просто меня связывает с этим местом и домом очень многое, - Майли подошёл к ней и взял ведро из её рук, - Я помогу. Куда поставить?

– На крыльцо. Дедушка никого в дом не пускает, кроме больных, - она внимательно осматривала посетителя.

– Как давно вы здесь живёте?
– он дошёл до крыльца и поставил ведро у двери.