– Привет!
– воскликнула от двери вошедшая Гермиона.
– А я Снежка ищу. Ой, вот же он, маленький любитель ласки! Ладно, пусть остаётся с тобой. Я принесла ему сосиску. Слышишь, чернохвостый. Как проголодаешься, заходи. Кстати, Джинни, ты не знаешь рецепта тыквенных кексов, что на праздничном ужине по поводу Хэллоуинна лежали на серебряном блюде? Я слышала, что твоя мама большая мастерица печь всякие вкусности.

– Тыквенные кексы?
– задумалась младшая Уизли.

– Ну да. Ты же целых три штуки слопала подряд, - “напомнила” Грейнджер. А Гарри почувствовал растерянность рыжей, явно не готовой к подобным поворотам беседы. Вернее, она не поняла, что начался допрос, не насторожилась, а возмутилась по поводу начавшегося “наезда”:

– Не могла я ничего слопать! Меня вообще там не было. Я в спальне сидела - писала в дневнике.

Гермиона присела рядом с возмущённой девочкой и взглянула на тетрадку:

– А я полагала, будто волшебники только пергаментом пользуются, - в этот момент Снежок неосторожно потянулся и зацепил коготком за чёрную обложку. Дневник упал, и несколько страниц в нём перевернулось.
– Ты что? Невидимыми чернилами в нём пишешь?
– удивилась Гермиона.
– Сплошные чистые страницы. А как потом читать? Расскажешь мне секрет проявителя этой тайнописи? Или, может быть… - она достала волшебную палочку, трижды ударила и прошептала: - Апарециум, - ничего не произошло.
– Ну и ладно. Не хочешь говорить, и не надо. Отдавай моего Снежка. Покормлю его и схожу в библиотеку.

***

– Не может такого быть, чтобы ради писанины в заколдованной тетрадке первокурсница отказалась от празднования в компании товарищей по факультету, - недоумевал Гарри.
– Даже, если этот дневник…

– …Ежедневник.

– Ежедневник. Даже если он полон сочувствия к её сердечным проблемам.

– Просто, ты слишком мало знаешь о девочках, - лукаво улыбнулась Гермиона.
– Вот у меня есть ты, тот с кем я могу многим поделиться. Но, всё равно, бывают… моменты, которые необходимо с кем-то обсудить, но доверить их парню невозможно. Нужна подруга, мама или сестра. Волшебницы иногда разговаривают с зеркалами. Насколько я знаю, существует немало артефактов, с которыми, так или иначе, можно общаться. Ну, там, пряничные человечки, ожившие куклы. Мне кажется, что в сказках большого мира часто упоминают то, что подсмотрено в мире волшебников. Кстати, ты ведь наверняка прочитал о ком сохнет младшенькая Уизли.

– Обо мне, - не стал скрытничать Гарри.

– Взгляды её выдают, - спокойно согласилась Гермиона.

– То есть, мы не уверены, что Тайную Комнату открыла именно Джинни.

– Не уверены.

***

Вечером следующего дня ребята снова вернулись к вопросу об окаменении кошки Филча.

– Я просто не понимаю, как можно быть такими беспечными в то время, когда тебе угрожает столь серьёзная опасность. Братья Уизли, все четверо, подняли нас на смех, потому что уверены - это была просто злая шутка над завхозом, - произнося эти слова, Гарри чувствительно мял спину подруги, отчего та просто растеклась по нему, прижимаясь всем телом к тщедушной груди очкарика.

– У братьев Уизли нет нашей интуиции и привычки осторожничать. Мало их жизнь била.
– “Ничего, ещё раз брякнет чего-нить не в том тоне - добавлю лично от себя.” - Пьюси, Монтегю и Блетчли тоже позволили себе некоторую иронию, по поводу озабоченности столь незначительным событием, как проблемы со здоровьем пожилой кошки. Но потом сжалились и припомнили, что в тот день за столом слизеринцы присутствовали в полном составе - у них существует некоторая расстановка по местам, поэтому легко заметить, если кого-то нет - образуется промежуток между сидящими. А их не было. Так что на подозрении четыре старших курса Райвенкло и наша Джинни. Кстати, Луна припомнила примерно треть старшаков, присутствовавших в Большом зале на том самом ужине. В списке подозреваемых осталось всего-то человек двадцать, - подвела итог Гермиона.

– Братья Уизли отказались следить за своей сестрёнкой, а, кроме неё, мы имеем в наличии ещё два десятка подозреваемых, - огорчённо констатировал Гарри.
– Портреты Лонгботтомов категорически не желают висеть в туалете, отчего непонятно, каким образом наладить наблюдение за местом предполагаемого проникновения чудовища из Тайной Комнаты в коридоры школы. Попробуем придумать ещё что-нибудь.

– А чего придумывать, если у нас есть готовый консультант с огромным опытом?
– улыбнулась умница.
– Главное - правильно задать вопрос.

***

Флитвик с интересом посмотрел на послушно выпрыгнувших из волшебных палочек гриффиндорца и гриффиндорки серебристых оленя и выдру:

– Что же! Вот и ваши анимагические формы, если вы решите научиться превращаться в зверей, - подойдя к патронусам, маленький профессор потрогал их: - Надо же! Телесные, - констатировал он удовлетворённо.

– Прокатитесь?
– улыбнулся Гарри, направляя оленя к учительскому столу.

– Это было бы интересно, - Флитвик весело вскарабкался на широкую спину позади ветвистых рогов и сделал пару кругов по классу.
– Надо же! Полный контроль! Способности и силы у вас обоих намного опережают норму. Самое время разнообразить навыки и расширять кругозор. Осталось выяснить, какому разделу чар вам хотелось бы уделить внимание? Потому что теперь просто нет никаких ограничений в дальнейшем совершенствовании. Может быть, аппарация?

– Спасибо, но нет, - улыбнулась Гермиона.
– Всё равно до определённого возраста лицензий нам не видать. Было бы интересно изучить защитные чары. Те, что наложены на Косой Переулок и другие места, которые волшебники стараются скрыть от посторонних. Те заклинания, что препятствуют аппарации, запирают камины, реагируют на чужаков или наказывают воришек.

– Да уж. Аппетиты у вас просто чудовищные, - усмехнулся мастер чар, глядя на разошедшуюся студентку.

– Плох тот солдат, который не мечтает стать генералом, - гордо ответила та.