Первой из ступора вышла Августа:

– Фрэнк! Алиса! Поднимите детей и уложите их на кровать.

– Но, мама! Целой осталась только одна койка, а юноша и девушка в одной кровати… - возмутилась невестка, но вся энергия протеста пропала втуне.

– Делайте то, что я говорю. Не спорьте. И положите их не порознь, а в обнимочку. Ребята только что отдали все силы на ваше исцеление. Нев говорит, что они как-то подпитывают друг друга.

– Нев?
– не понял Фрэнк, укладывая руку мальчишки на грудь девочки.

– Ваш сын. Их ровесник, между прочим. И не расспрашивайте меня пока ни о чём - у нас всё пошло не по плану. Гарри должен был сначала вылечить тебя, после чего Гермиона помогла бы ему восстановиться. А потом, по такому же сценарию, с твоей посильной помощью исцелить Алису. Но они не сдержались и сработали одновременно. Причем не в том месте, где им помогла бы сама природа, - объяснила матриарх семейства, продолжая сидеть на проваленной до самого пола кровати, наклонившиеся внутрь спинки которой слегка сжали даму с обеих сторон.
– И ты неправ, Фрэнки. Через толстую куртку мальчишка ничего не нащупает.

– Мама!
– возмущённо вскричала невестка.
– Как ты можешь так цинично говорить о столь трепетных моментах.

– Хвала Мерлину!
– закатила глаза пожилая леди.
– Вы оба стали прежними. Но что нам делать с этими выложившимися до самого дна подростками?

Пока шёл разговор, Гарри скользнул рукой - раз уж удачно положили - между пуговицами на куртке подруги, потом пробрался под блузку и теперь с удовольствием осязал невысокий мягкий бугорок, увенчанный вполне различимой шишечкой, которая прямо под пальцами несколько окрепла и слегка заторчала.

– У тебя эрекция, моя маленькая, - чуть слышно шепнул мальчуган.

– У тебя тоже, - в тон ему прошелестела подруга, осязая явственную напряженность в штанах товарища - туда “совершенно случайно” угодила её ладошка.

– Так мы оклемались, или только слегка прочухались?
– поинтересовался Поттер.

– Не поняла ещё. Я есть хочу.

– Ой!
– спохватилась Августа.
– Алиса! Подай сумку, что я оставила около двери. Там конфеты и разные вкусности. Нужно покормить ваших исцелителей.

Усадив девочку и мальчика, Лонгботтомы принялись потчевать их лакомствами, прихваченными бабушкой для сына и невестки. Было много шоколадного, поверх которого прекрасно легли и бананы, и апельсины - Грейнджер и Поттер неутомимо смолотили недельный запас деликатесов, полирнув его сверху банкой консервированной ветчины и поровну разломленным куском благородного сыра. Вдогонку, по совету светящейся от не до конца осознанного счастья и слегка суетливой бабушки, ушли два фиала с укрепляющим настоем - после обильной еды его эффективность существенно возрастала.

– Экспекто патронум, - выпустил Гарри серебристого посланца.
– Скажи Невиллу, чтобы возвращался домой.

– А мы оставляем вас, - смущённо улыбнулась Гермиона, после чего незадачливые целители аппарировали из палаты в неизвестном направлении. Вообще-то сегодня они хотели немного посидеть в библиотеке, тем более, что после обеда у Гарри тренировка по квиддичу.

***

– Сильное, явно оформившееся желание - вот ключ к успеху в волшебстве, - сказала Гермиона, для виду погрузившись в чтение раскрытой на столе книги.

– Ну, да. Как бы так, - кивнул Гарри, направляясь к выходу из гостиной с метлой в руках - не хотел опаздывать на тренировку - до первой в этом сезоне встречи - матча с командой Слизерина оставалась ровно неделя.

Общая комната факультета Гриффиндор выглядела пустынной - большинство ребят в эту субботу отправилось в Хогсмид, а учащиеся двух первых курсов сейчас толпятся на стадионе, следя за подготовкой команды. Хотя, кто-то и просто гуляет, пользуясь погожим деньком. Осмотревшись, Гермиона увидела поодаль только одну рыжую голову - Джинни, устроившись в укромном уголке, строчит в столь любезной сердцу её черной тетрадке.

В душе Грейнджер шевельнулся червячок - не зря Гарри сомневался в способности первокурсницы настолько погружаться в общение с дневником. Тихонько скользнув на пол так, чтобы спинки кресел укрыли её от взглядов со всех сторон, Гермиона превратилась в выдру и неслышимо совершила обходной маневр, отыскав точку, с которой видно написанное младшей Уизли.

“Людям талантливым, обладающим богатым внутренним миром и не зашоренным разумом, часто приходится нелегко оттого, что окружающие просто не доросли до понимания высот, которых достигло развитие этих, несомненно, замечательных и ярких индивидуальностей. В лучшем случае их не замечают. И всегда не отдают должного мыслям и чувствам самых лучших из нас”, - писал дневник разборчивым почерком. Прочитав эти слова, Гермиона с удивлением поняла, сколь близки они ей - примерно так она воспринимала саму себя в школе, которую посещала до Хогвартса. Никто из бывших одноклассников не ценил её ума и обширных познаний. В лучшем случае, над ней подшучивали. Но, случалось, и обижали обидными высказываниями.