Тогда, возможно, ответы лежат в прошлом? Пенни Роял, конечно, не уничтожил восьмое состояние своего сознания, так, может, он, Амистад, упустил что–то еще? И дрон опять занялся просмотром записей.

После событий, сопутствовавших появлению здесь устройства эшетеров, Пенни Рояла практически постоянно контролировали — физически или виртуально. Амистад нашел те случаи, когда в обеспечении охраны ИИ была проявлена хоть малейшая небрежность. Затем запустил программу сортировки, основанную на текущей информации и вариантах, выданных субразумом.

Во время визита Пенни Рояла к эшетерскому ИИ целых три секунды выпали из наблюдений — частично из–за вспышки на звезде, частично из–за поломки сервера, уничтоженного бомбой Чистого отряда. Амистад просмотрел данные и обнаружил, что нет никаких свидетельств того, что тут действовал именно Чистый отряд. Мог ли Пенни Роял сам все подстроить? Вполне возможно. И за эти три секунды он мог вдосталь наговориться с эшетерским ИИ, а через него и с самим Ткачом. Но реальных доказательств у Амистада нет.

Посещение Пенни Роллом трупа Техника — еще одна потенциально важная аномалия. Амистад понимал, почему Ткач сохранил тело погибшей боевой машины. Хотя во время стычки с эшетерским аппаратом Техник основательно поджарился — все внутренние компоненты были серьезно повреждены, — труп все еще содержал множество любопытных устройств. Аналитический ИИ Государства внимательно изучил всю имевшуюся в его распоряжении технику, а понял, что к чему, процента на два. Машину нарекли трупом, обломками, но и это оставалось спорным. Пенни Роял посетил плетенную из флейтравы гробницу вскоре после визита аналитического ИИ, и Амистад тогда пристально наблюдал за ним. Однако на виртуальном уровне ничего не произошло, Пенни Роял провел короткое поверхностное сканирование Техника и удалился — словно удостоверившись, что дальнейших проблем не будет. Амистад решил, что стоит вернуться к записям этого визита.

И тут же оказался как будто на некой невидимой платформе внутри мавзолея Техника. На нижней секции цилиндрического здания пятидесяти футов диаметром бугрились выступы — очевидно, уткотрепы забирались по ним внутрь. Сложено здание было из травяных кос, переплетенных и склеенных между собой смолой других растений Масады. Техник покоился в зеленой колыбели — белый как кость, массивный, с панцирем, поврежденным с одной стороны каким–то энергетическим оружием. Еще во время первого визита туда Амистад заметил, что в воздухе совершенно не чувствуется запаха разложения. Отсутствовали и похожие на креветок ракообразные, природные могильщики этого мира. Любой труп они обычно облепляли уже через минуту после смерти — включая и тела людей, хотя человеческая плоть была для этих существ ядом.

Техник не гнил, естественные механизмы разрушения не затронули его. В ходе дальнейших исследований выяснилось, что в стены его гробницы вплетена не только флейтрава — и сочетание этих медленно увядающих растений поддерживало атмосферу, предотвращая разложение гигантского альбиноса–капюшонника на молекулярном уровне — словно бы травы создавались специально для этой цели.

Амистад продолжал смотреть. И вот один из соединительных туннелей строения наполнила тьма — в трубу втекал Пенни Роял. Он находился в «полурассеянном» состоянии и напоминал серебряное дерево, украшенное черными листьями–клинками, согнувшееся под напором бесшумной бури и унесенное ею. Постоянно меняя формы, ИИ скользнул вдоль тела Техника, обогнул его капюшон и начал возвращаться мимо раненой стороны, но на полпути остановился. Здесь он и провел сканирование, после чего покинул гробницу.

Нет.

Амистад, пристально вглядываясь, прогнал запись заново, с того момента, как Пенни Роял остановился возле создания. Он максимально замедлил воспроизведение и внимательнейшим образом изучал каждую деталь. Возле Техника ИИ перешел в новую форму: серебристые щупальца стали стволом, кристаллические клинки–листья росли прямо из него, вот они сложились по продольной оси, вот снова распрямились… И еще раз.

Вот! Пока Пенни Роял совершал трансформацию, один из «ножей» оторвался от ствола и исчез в дыре в панцире Техника, вернувшись в тот момент, когда ИИ, закончив сканирование, возвращался в предыдущую форму. Лезвие вернулось к Пенни Роялу с естественностью рыбешки, прибившейся к своему косяку.

«Я не должен был пропустить это», — подумал Амистад.

А он и не пропускал — сверившись с собственными воспоминаниями, Амистад убедился, что данного момента там просто не было. Дрон кинулся перепроверять собственные системы на предмет проникновения, одновременно отослав предупреждение местным ИИ и Земле–Центральной. Пенни Роял вмешался — затронув Амистада.

Заглянув глубже, он увидел, что его ранние воспоминания о столкновении с Пенни Роялом на краю кратера не содержали «свежих» подробностей. Он действительно не знал, что Пенни Роял загрузил в себя добытое из контейнера восьмое состояние. Как и с недавними воспоминаниями, подробности были добавлены позже. Но, к сожалению, никаких отметок времени на них не было, и определить, когда это случилось, не представлялось возможным. А также — как именно. Или — зачем.

— Ты скомпрометирован, — заявил «Гаррота» по очень узкому и весьма защищенному каналу связи, — Пенни Роялом.

Остальные локальные ИИ тоже заметили это — и принялись ограничивать связь с Амистадом. А один из его субразумов — сохранивший больше первоначальной сущности боевого дрона, чем другие, — даже объявил себя независимым и резко прервал всякое общение.

— Да, — ответил Амистад. — И тем не менее я, кажется, знаю, что будет.

— Правда? — удивился «Гаррота», вовсе перестав доверять Амистаду.