доктор, которого, однако, Александру не знал. Руководителем местной

организации "Фронтул Плугарилор" в Гарманешти был поставлен сосед Бокулея --

Суин Корнеску. По его совету Александру немедленно вступил в члены

организации. Где-то в туманном будущем рисовалось осуществление вечной мечты

– - получение земли. А пока что жить стало еще тяжелее: обозленный Патрану не

хотел давать взаймы семена даже под проценты члену "крамольной организации".

"Фронтул Плугарилор" ставил своей целью добиться аграрной реформы, с тем

чтобы часть земли отобрать у кулаков, бояр и передать ее бедным крестьянам.

– - Землицы моей захотел? -- встречал Патрану Бокулея и, злобно вращая

большими цыганскими глазами, совал прямо в лицо Александру огромный кукиш:

– - А вот этого... Возьми-ка выкуси!..

Александру с упавшим сердцем шел в другой и третий двор, но и там его

встречали тем же. Доведенные до отчаяния, бедные крестьяне пытались

захватить помещичьи и кулацкие земли силой, но с ними жестоко расправлялись.

Сосед Бокулея Суин Корнеску несколько лет сидел в застенках сигуранцы*.

* Сигуранца -- тайная полиция при режиме Антонеску.

Началась война с русскими: "хозяева страны" решили угодить Гитлеру.

Старший сын Александру Бокулея -- Георге -- убежал в СССР; младшего --

Димитру -- взяли в армию, послали завоевывать для румынских бояр новые

земли. Хотя Александру много слышал страшных вещей о Советском Союзе, но все

же предпочел бы оставить младшего сына дома: он знал, что войны всегда

приносили бедным румынам только новое несчастье.

Жизнь на селе стала вовсе невыносимой. Увеличились налоги, к

существующим, которые были и без того непосильными, прибавились военные.

Платить было нечем. Пришлось часть земли продать Патрану. Но вырученных

денег оказалось недостаточно, чтобы рассчитаться с правительством. Тому же

Патрану Бокулей продал единственного вола. Сам остался с одной овцой, но и

последней лишился. Это случилось совсем недавно, перед самым приходом

русских. Во двор Бокулея забежали румынские офицеры. Заметив в хлевушке

овцу, они потребовали ее себе. Жена Александру заголосила на все село:

– - Не дам! Не да-а-ам!..

Ее оттолкнули. Однако один из офицеров, в котором Бокулей сразу же

узнал молодого боярина Штенбeрга, успокоил женщину:

– - Мы вернем вам овцу. Вот расписка.

Обрадованный Александру сунул бумажку в карман не глядя, поблагодарил:

– - Спасибо, домнуле* офицер! -- и, повернувшись ко все еще

всхлипывающей жене, добавил: -- Не плачь, Марица. Этот же господин -- сын

нашего покойного боярина, он -- румын. Разве будет обижать крестьянина?

* Домнуле -- господин (рум.).

На другой день Александру достал бумажку, развернул ее. В ней небрежной

рукой было написано: "Старый осел". Александру схватился за грудь и, глотая

воздух, упал на землю. Потом с трудом приподнялся. Руки его судорожно

впились в кучерявые волосы. Бокулей нещадно трепал себя, бился о стенку лбом

и плакал.

– - Старый осел! Старый осел!.. -- кричал он, задыхаясь от гнева и

обиды.

Вслед за румынами во двор забежали отступавшие немцы. Эти остались

ночевать. В эту ночь и случилось страшное в семье Бокулеев...

...Александру взглянул на дочь, потом на жену, сказал им тихо:

– - Оставьте нас с Георге одних.

Мать и дочь быстро вышли.

Александру прикрыл за ними дверь, вернулся на свое место, присел рядом

с Георге. Он решил было рассказать сыну о том, что случилось с Маргаритой,

но в последнюю минуту раздумал -- не хотелось омрачать первый день встречи.

И поспешил сообщить сыну о другом, что, видно, также очень волновало

старика. Он еще раз покосился на дверь, на сына и, убедившись, что их никто

не слышит, сказал:

– - В селе появился Николае Мукершану. Помнишь его?

Александру, как это часто случается со старыми людьми, забыл о том, что

сын никак не мог помнить Мукершану, потому что того арестовали, когда Георге

было не более пяти лет.