– А ещё кольцо с драконом - это щит, а крест - это меч, - высказала догадку Александра, вспомнив негласный девиз Ордена Дракона.

– Ты права, - подтвердил Вулдбейн, одарив ученицу одной из самых своих очаровательных улыбок. Его руки легли на плечи Алекс, и она вновь почувствовала, что от вампира исходят импульсы волнения.

– Что касается проверки, которую устраивает мне граф Дракула, я согласна её пройти, - произнесла Александра, через плечо посмотрев на учителя.
– И сделаю всё возможное, чтобы добиться его одобрения.

Вампир тесно прижался к Алекс, зарывшись носом в её волосы. Одна рука Вулдбейна скользнула на её талию, другая - вниз по груди, схватив новенький амулет и оттянув его так, что цепочка впилась в кожу девушки. Бархатный голос вампира нашептал слова, которые заставили Александру вздрогнуть:

– И я не сомневаюсь, что даже сам Люцифер будет гордится такой дочерью…

– Дурные новости, очень дурные, - именно с этими словами Вулдбейн вошёл в гостиную замка Дикого Дракона ранним утром шестнадцатого мая.

– Ты обгорел на солнце?
– с улыбкой поинтересовалась Алекс, не отрываясь от чтения книги.

Все шторы в гостиной были плотно задёрнуты. Александра сидела в кресле у камина, закинув одну ногу на подлокотник, и читала сборник прозы Байрона. Брючный костюм, который был ей подарен, она теперь не снимала. Уж не известно, из какого материала вампиры шили одежду, но ткань прилегала к телу как вторая кожа, не протиралась и не пачкалась, хотя на вид представляла собой просто шёлк, хлопок и шерсть.

– Да лучше бы я сгорел, - голос Вулдбейна выдавал беспокойство.

Александра насторожилась и отложила раскрытую книгу обложкой вверх, перевесив её через подлокотник кресла.

– Говори в чём дело в конце концов!
– воскликнула Алекс, не выдержав паузы.

– Испытание, которое тебе суждено пройти имеет маленький подвох, - наконец сказал вампир, приблизившись к креслу и посмотрев на ученицу сверху вниз.
– И по моим источникам у этого недоразумения есть очень звучное имя - Ксения Ван Хельсинг.

– Что ты имеешь ввиду?
– голос Александры потух. Имя Ван Хельсинг слишком прочно ассоциировалось у неё с нападением Малакая.

– Ксения Ван Хельсинг, твоя ровестница, дочь Мэри и Саймона Ван Хельсингов, правнучка Гэбриэла, - пояснил Вулдбейн.
– Она ещё ничего не знает о том, в какой семье родилась. Она ещё ни разу не сталкивалась с вампирами, а в этом году заканчивает среднюю школу в Лондоне. Уж не знаю, шутка ли это, или для Ксении это тоже будет испытанием, но осенью её переводят в “Эмпаир Сансет”. И, разумеется, вы неизбежно столкнётесь. Даже если ты будешь нарочно избегать её, от судьбы не уйдёшь.

– Но если она ничего не знает, значит не опасна?
– с облегчением спросила Алекс.

– Пока не знает - не опасна, - развёл руками мужчина.
– Но узнает очень скоро, я полагаю. Ведь её родная сестра и кузина давно посвящены в тайну семьи. Тебе придётся быть очень осторожной. Мы ведь ещё не знаем, что ты унаследовала от меня и короля Алукарда, и как тебя можно убить. Береги сердце, остерегайся полнолуния - это всё, что я могу тебе посоветовать.

– О, да, самое время, - за раздражением Александра попыталась скрыть тревогу. Умирать, только обретя новую жизнь, ей не хотелось. Но что-то в словах Вулдбейна её насторожило.
– А почему стоит остерегаться полнолуния?

– Я упустил самое главное - девушка вервольф, - ответил вампир, криво усмехнувшись.
– Ксении это передалось от самого Гэбриэла Ван Хельсинга, минуя все промежуточные поколения. Хуже, чем не знающая ничего о себе охотница - это ничего не знающий о себе оборотень.

– Но как..?
– Алекс была искренне удивлена.

– Во время перевоплощений засыпает человек, просыпается зверь, - произнёс Вулдбейн, посмотрев на слабые языки пламени, что плясали в каминной печи.
– Опасны такие оборотни только во время охоты, остальную же часть ночи, утолив свой голод, они бродят в округе, как сомнабулы. А сама Ксения, вероятно, считает, что она ходит во сне, а потому просыпается не в своей постели.

– Её родители, вероятно, очень молоды, - предположила Александра.
– Их дочь напугана своими ежемесячными прогулками, в которые может быть опасна для себя и окружающих, а они ничего ей не говорят.

– О, с этим ты угадала, - произнёс Вулдбейн.
– А кроме того, дедушка Ксении, знаменитый Метью Ван Хельсинг, хотел дать девочке шанс на нормальное детство. Но эта идея вышла им боком. В конце концов у Гэбриэла лопнуло терпение, и он взял ситуацию в свои руки. По-своему.

– После всего, что я узнала, будет забавно, если мы подружимся и я, на свой страх и риск, начну её оберегать, - сказала Алекс и рассмеялась.