– Вулдбейн был очень добр ко мне с самого начала. Даже пока я была человеком, хоть он и жутко меня пугал. Но мой учитель никогда не причинял мне боли. Разумеется ранения, нанесённые в тренировочных боях я не считаю.

Джонатан, Деметра и Михаэль понимающе закивали.

– Мы давно знаем Вулдбейна, с того самого момента, как он стал вампиром, - поделился с юной вампирессой Джон.
– Может Фрида была никудышной вампиршей, но, вероятно, окружила своего возлюбленного той заботой, на которую была способна. Он усвоил эту науку, и смог воспитать тебя.

– Фрида была Вашей матерью?
– обратилась Александра к Михаэлю. От девушки не укрылся тот факт, что взгляд блондина дрогнул при слове “возлюбленный”.

– Да, и не самой хорошей матерью, - откровенно ответил Михаэль, откинувшись на спинку дивана. Джонатан, что сидел подле друга, взял его руку в свои.
– Моего отца, в отличие от Вулдбейна, она не любила. Она очаровала графа Вивиана Карди, у них закрутился тайный роман. На сколько я смог узнать, Вивиан был действительно влюблён в Фриду. Но потом они зачали ребёнка. Довольно скоро разродившись, Фрида уже не смогла скрывать свои шашни. Она сказала Владиславу, что граф Карди изнасиловал её, что в сущности было полнейшим бредом - Фрида была слишком сильной, чтобы её могли подвергнуть такому унижению. Но граф Дракула сделал вид, что поверил. Он пригласил Вивиана в свой замок, чтобы сообщить о ребёнке. Но когда граф Карди появился в Бране, Владислав напал на него, лишил части крови, а затем, воспользовавшись его слабостью, посадил на кол прямо под окнами Фриды. Утром Вивиан Карди сгорел на солнце. Камелии Карди, его родной сестре осталось оплакивать его почерневшие кости. Она умерла, ступив в полуденный зной, спустя год, но убило её не солнце, а горе. Расправившись с графом Карди, Влад хотел уничтожить и меня, его отродье, но Фрида отчего-то проявила великодушие, решив меня оставить. Она нянчилась со мной, покуда я был в пелёнках. Когда же я научился ходить, говорить и питаться без её помощи, мать потеряла ко мне интерес. Владислав, испытывая явное отвращение, преподал мне с десяток уроков, и заставил служить Ордену Дракона. Впрочем, я был благодарен и за это. Если бы не моя мать, я бы не остался жить. И не встретился бы с единственным вампиром в подлунном мире, который разглядел мой потенциал.

– Это он обо мне говорит, - улыбнулся Джонатан, закидывая руку на плечо Михаэля и обнимая его.
– На самом деле, разглядеть способности Михи мог любой. Но только я дерзнул потребовать у Владислава, чтобы тот принял бастарда в Орден Дракона, а так же вернул титул графа Карди.

Жесты и слова, которыми обменивались Джонатан и Михаэль позволили Александре предположить, что их связывает нечто большее, чем братские узы. Но такая любовь её совершенно не смутила.

– А у Вас были хорошие отношения с сестрой?
– поинтересовалась Алекс, повернувшись к Деметре, что сидела в другом кресле, слева от девушки.

– Они были мирные: я терпела все выходки Фриды, а она старалась не трепать мне нервы, - отозвалась женщина. Голос её, чувственный и глубокий, снова напомнил Александре о Мортиции Аддамс.
– С самого рождения я стала тенью своей старшей сестры. Если что-то было у Фриды, я хотела того же самого. Если чего-то у Фриды не было, я намеренно отказывалась. У Фриды не складывалось с замужеством, и я тоже отказывала самым достойным кандидатам на моё руку и сердце. Именно поэтому, когда Владислав избрал мою сестру для ритуала обращения, Фрида потребовала, чтобы он забрал и меня. А я не сопротивлялась. Без меня Фриду было бы терпеть невозможно. Она была как огонь, я - как вода. Во мне могли закипеть эмоции под её воздействием, я могла погасить её пыл. С момента, как мы стали вампирами, связь только усилилась. И когда Фрида начала впадать в безумие, я чувствовала её боль как свою. И сто крат сильнее была боль, когда сестра умерла. Я тоже начала гаснуть. И вместе с тем я хотела пролить реки крови в дань умершей. Вулдбейн был со мной заодно.

– Да, мастер рассказывал мне, как вы уничтожили тот поезд…

– Верно, - Деметра подтверила слова Алекс.
– В том поезде ехала Фрида, уже в человеческом облике. В тот день Вулдбейн впал в апатию. А я, напротив, наконец-то почувствовала себя свободной и вышла из тени сестры. Постепенно, я начала одеваться, как мне нравится, делать то, что мне нравится и охотиться на тех, кто нравится. Без вечного надзора Фриды я преобразилась так, что даже граф Владислав заметил это. У нас с ним завязался короткий роман, за который он дал мне почувствовать себя настоящей женщиной. А потом Вулдбейн, уезжая в долгое путешествие, предложил мне занять баронство Зубатерс. И я с воодушевлением, которого никогда не испытывала при жизни, увлеклась обустройством своего гнёздышка, назвав его Афон в честь горы в Греции, на которой расположен жертвенник богине Деметре.

– Надеюсь, когда-нибудь я смогу там побывать, - поделилась своими мыслями Александра.

– С удовольствием приглашу тебя туда на следующее лето, при условии, что Владислав наградит тебя титулом, и ты станешь мне равной, моей названной сестрой, - ответила вампиресса.

– Именно этого я и планирую добиться, - с вызовом отозвалась Алекс.

– Благими намерениями вымощена дорога в ад, - как бы невзначай напомнил Джонатан, а затем взглянул на окна. Между плотными жалюзи прорывались тонкие полоски света.
– Похоже, день давно наступил, нам пора спать.

– Ложитесь без меня, господа, а я провожу нашу гостью в её покои, - сказал Михаэль, вставая.

– Благодарю, - произнесла Александра, тоже встав.
– Доброго дня всем.

Все вместе вампиры покинули гостиную, добрались до лестницы в глубине особняка и поднялись на второй этаж, где разошлись по разным комнатам.

Александра провела в графстве Карди месяц. Компания Джонатана, Михаэля и Деметры помогла девушке отвыкнуть от опеки Вулдбейна, хотя потенциальные родственники заботились о ней не меньше. Деметра заказывала для Александры платья, одевая и причёсывая её, Джонатан тренировал в фехтовании и учил технике посажения врагов на кол, а Михаэль помогал адаптироваться к человеческому миру, в пасмурные дни прогуливаясь с девушкой по Эрду.

Алекс была несказанно рада, что грядущую ночь полнолуния проведёт в окружении вампиров, которые были стократ сильнее её. Вэлкон Валериус напугал её в лесах Хунедоара, и молодая вампиресса поделилась этим с Джонатаном, пока они были в музыкальном зале. Вампир учил девушку играть на рояле, но прекратил урок после слов Алекс.

– Интересно, - заявил на это Джон.
– Вулдбейн говорил тебе, что вервольфы опасны для некоторых членов нашей семьи?

– Про Владислава Дракулу знаю наверняка, - ответила девушка, догадываясь, куда клонит вампир.