— Позволишь мне? — он с мольбой в глазах посмотрел на меня, целуя ладонь.

Только кивнув, я неловко вернула ладонь себе. Невозможно было думать трезво. А нужно было.

Коноха. Он решил отвезти нас туда. Место, где мы были счастливы. Наше детство, взросление… любовь? Я не была там все три года. Не смогла вернуться. В принципе, никого у меня и не осталось в городе. Кто бы ждал меня. И меня это почти не волновало. Почти. Потому, что я хотела наладить связь c сестрой. Но и лучше, чем сейчас у нас никогда не было.

Я продолжала пить кофе из кафе, когда мы выехали из города. Намеренно растягивала, обдумывая, что сказать ему и какие слова подобрать. Тогда в заведении я пыталась начать тему, но была успешно прервана.

Складывалось чувство, словно у него в голове был свой сценарий.

— По десятибалльной шкале насколько ты боишься меня, где ноль — совсем нет, а десять — убегаешь за квартал, заметив меня, — наконец прервал молчание Саске.

— Где-то четыре, — он удивленно смотрел на меня. — Я не знаю, Саске, не знаю, что чувствую, о чем думаю, и не знаю, что должна.

Он покачал головой, не соглашаясь, а я недовольно продолжила. Саске винил себя — я винила себя.

— Я думала, что всё было по-другому.

Парень, не стал продолжать беседу, лишь включил радио, показывая, что он не намерен говорить дальше.

И я отпустила это: пусть делает, что хочет, его день. Отвернувшись к окну, я стала следить за пейзажем.

Через два часа и штраф о превышении скорости, мы остановились у школы. Школы?

— Почему мы здесь? — недоуменно спросила я.

Взяв меня за руку, он повел меня в пустую столовую, определенно не стараясь отвечать на мои реплики. Занятия, похоже, уже прошли, и в здании было всего пару человек на факультативах. Возможно, на поле тренировалась команда, как когда-то это делали Саске с ребятами, а я смотрела с трибун.

Саске прошел через столовую и остановился возле стола, где сидели мы с Гаарой когда-то.

— Пролитый сок, — с улыбкой произнес парень.

Ошарашенная внезапной догадкой, я произнесла:

— Ты не можешь сделать это, Саске. Снова? Снова пережить наши чувства, а потом, что? Это подло. Возрождать их из пепла.

Его пальцы коснулись моих щек, стирая первые слезы. Он явно ожидал такой реакции от меня.

— Если есть что возрождать. Ты небезразлична мне, малышка, — он отпускает моё лицо и, отступая, создает расстояние между нами. — Я привез тебя сюда, чтобы показать, как всё было. Что бы понять, что это было. И есть ли сейчас. Я буду предельно честен с тобой. И хочу, чтобы ты знала, что я чувствовал тогда. С тобой.

— Я назвал тебя идиоткой про себя. А Сакуру еще той курицей. Но это не важно. Ты не взяла мой кардиган, но взяла Гаары. И я был раздражен. Не хотела принимать помощь. Мы впервые говорили в старшей школе, после того как ты успешно забыла меня. И ты коснулась меня, — он усмехнулся. — Я как глупец подумал, что стена пройдена. Но так думал только я.

Облокотившись о стол, где раньше и сидела, я посмотрела на него, наклонив голову. И как только закрыла глаза, вспоминая то происшествие, улыбнулась, пытаясь быть честной:

— Я была влюблена в тебя с самого начала, Саске. Банальное очарование превращалось в серьезную любовь, как казалось мне. Тогда, когда ты обращался к Гааре, пытаясь завербовать его, я сидела и наслаждалась твоим голосом.

Его улыбка было первым, что я увидела, открыв глаза. Это было так давно. И одновременно так недавно. Парадокс времени. Грустный парадокс.

— Спроси меня: «Почему ты влюбилась в меня?» — произнесла я, скорее для себя.

Но Саске послушно повторил:

— Почему ты влюбилась в меня, Ричи? — он рассмеялся. — Моё смазливое лицо?

— Учиха, ты себя в зеркало видел? — я улыбалась. — Все мы смотрим на внешность, сначала. Но «самый красивый» не ограничивалось. Я видела тебя умным, сильным, вы дрались с Наруто, но и были друг за друга, ответственным в футболе, спокойным на уроках, время от времени улыбающимся. Моя глупая влюблённость переросла, когда ты стал заботиться обо мне, отвечать. Я словно видела тебя впервые Саске, и мне это нравилось. Мне нравилось открывать тебя заново. Нравилось открывать те же качества, но в новых проявлениях. Возможно поэтому?

Остановившись, я посмотрела на него, парня, которого любила.

Не выдержав расстояния, которое сам устроил, Саске дотронулся до меня ладонью, проводя вверх с предплечья до локтя. Мурашки табуном прошлись по коже. Рука скользнула, обнимая талию, и притягивая к своему хозяину.

Я уткнулась лбом в его грудь, не выдерживая пытки его тела. Я, черт возьми, помнила всё. Всё, что с нами было. Я даже помнила его голым.

Всё что мы чувствовали волной накрыло меня.

— Не нужно, — прошептала я, когда поняла, что он хотел сделать. — Пожалуйста.