Ага, вот, взял и подмахнул не глядя. Знаем мы твои договоры! Я взбесился, но сказал мягко, тоном полным достоинства:

– Хорошо. Через два часа, буду.

– Почему, не прямо сейчас?

– А прямо сейчас, я несколько занят.

Только отбил соединение, тут же новый звонок. Да что это, такое, сегодня? Бывало, неделями телефон молчал, будто сломался, а тут, как в Смольном, в семнадцатом году, Ленина достают. Смотрю на вызов - практикантки. А эти-то зачем? Мы уже распрощались.

– Серёжа, привет!

– Привет.

– Нужно встретиться.

– Зачем?

– По делу!

Ну, и какие у нас дела? Сухо отвечаю:

– Нет, Мне Света не разрешает с вами встречаться.

Ну и пусть думают, что хотят, может быть даже удивил, что на подростка сбагриваю ответственность.

– О' кей, с ней мы договоримся, лишь бы ты был не против, - Нина быстро отключила связь, чтобы не передумал.

Вот, метелки! Договорятся. Со Светой, не договорятся. Она, ни с кем, меня делить не намерена. Вон, за Марину устроила сцену ревности. Так, то - королева! А эти - шлюхи.

Звонок на сотовый! Прорвало. Я уже трамвай в офис превратил.

– Алло!

– Здравствуйте! Служба доставки магазина "Солнышко". Когда Вам удобно, мы подвезем кровать и стол?

– Привезите в три часа пожалуйста, дочь будет дома, она примет товар.

– Хорошо. Спасибо.

– И вам, спасибо.

У Анатолия Афанасьевича, в кабинете, первое, что я увидел, огромный монитор оправленный в такую же ореховую рамку, как и "Зеркало Ада", а на мониторе моя картина в полном великолепии; багровый туман в ущелье, над адской рекой и мрачный, сгоревший мост.

– Вот, хотел показать, - сказал Анатолий Афанасьевич, поздоровавшись, - как выглядит панорама в законченном виде. Прошу прощения за вольную интерпретацию идеи, добавил рамку и разрешил нашему программисту поработать над углом обзора, он расширил, иначе не было видно покинутого берега. А ещё, программист добавил, лично от себя, возможность увеличения любого места в картине.

При этом, он поиграл пальцами по чувствительной, сенсорной панели монитора меняя обзорный ракурс. Я впечатлён размахом и нестандартным подходом. Ну, конечно! Тот, кто умеет продавать мыслит совершенно иначе, того, кто просто умеет что-нибудь делать.

– Не спрашиваю, откуда черпаете сюжеты, и также, оставим за кадром Ваших тараканов, меня не должен волновать психоанализ. Просто скажите мне. Как? Как Вам удается зацепить за душу? Показать то, что волнует и дает мощный отклик в подсознании?

– Я не знаю, - пожимаю плечами.

– А почему, всё- таки, "Лестница в небеса", а не "Мост", скажем?

– Потому что, дорога в небо гораздо труднее, чем кажется в начале пути.

– В принципе, как и всякая дорога, а сорваться вниз, возможно в любое мгновение. Понятно. Ещё, как мне сказал программист, картина имеет некий секрет, но он не смог его взломать.

– Да. Подсказка в названии. Показать?

– Нет! Я попытаюсь сам, у нас пари с ним, кто раньше разгадает секрет. И последний вопрос, с Вашего позволения. Кто эта девочка-птица на середине моста?
– Анатолий Афанасьевич провел пальцами по монитору расширяя изображение, увеличил лицо Светы, - Я её узнал, это - "Девственница".

– Она, моя дочь.

– Думаю, её ожидает большое будущее, - задумчиво произнес он, - Если вы, оба, благополучно переберетесь на тот берег. Что же, сегодня выставлю картину на аукцион, посмотрим, какая будет реакция у публики.

Когда я уже собрался уходить, он пожал мне руку со словами:

– Сергей, может перейдем на "ты"? Раз мы уже партнеры, но хотелось бы быть еще и друзьями.

– Отлично, Анатолий! Я согласен! У меня к вам просьба будет.

– Какая?

– Можно мне воспользоваться услугами вашего адвоката?

– Конечно, Мартынов, он очень грамотный специалист и честный. Вот его визитка, а я его предупрежу.

Вот и приобрел друга, первого за всю свою жизнь. У меня даже в детстве не было настоящих друзей, таких, чтобы без оглядки довериться взаимно.

Пока добирался до офиса, Марина звонила дважды.

В машине вскрыл конверт, достал свернутый листок бумаги. Записка от Анны Степановны.

"Сережа! Последнее время чувствую себя очень плохо, видимо, мой час пришел. Рано ухожу, хотела Свету поднять до 1 8 лет и выдать замуж, а потом уже и прибраться. Сначала написала завещание, но мне сказали, что оно может оспариваться в суде. Поэтому у нотариуса оформила дарственную на квартиру и перевела на банковскую карточку те средства, что собирала ей как приданое. Кроме того, написала заявление в суд на лишение Верки материнства, нужно бы собрать подписи жильцов. В квартире прописаны только я и Светлана, Верку я давно выписала, когда она тайно замуж вышла и уехала, бросив ребенка на произвол судьбы. Я давно тебя знаю, ты всегда был серьезным мальчиком, да и Света у меня девочка умная и самостоятельная, умеет вести хозяйство и готовить. Хоть сейчас замуж выдавай . Если у вас сладится, то я заранее благословляю вас. Я знаю, что ты ее не дашь в обиду никому."