Мужчина среднего роста в коричневом деловом костюме был азиатом. Седые волосы и морщины говорили о прожитых годах, обвисшие щеки и небольшое пузо о наличии вредных привычек, а блестящие глаза-щелочки искрились энергией и уверенностью.

– Канат.
– Протянул он руку.

– Николай, - рукопожатие у него оказалось крепким и уверенным, под стать молодому человеку. Жестом дед пригласил меня к выходу из ангара.

За широкими дверями открывался столь же широкий коридор. Оранжевая экзоброня прошла бы тут без проблем. Возможно для того и сделано, тем более, что сероватый пол под ровным, мягким светом из панелей на потолке выглядел достаточно прочным. Это точно был не металл, но и на пластик покрытие смахивало мало. Миновав несколько отсеков без дверей, в которых точно угадывалась кухня и кают-компания, мы дошли до ряда одинаковых дверей, возможно - кают персонала этого воздушного судна.

Наверное, я угадал, потому как одну из дверей старик и открыл. Немного расстроило то, что дверь хоть и пряталась в стене, как в 'Звездном пути', но открывалась не автоматикой, а руками, да и свет включался переключателем на стене. Нет, это определенно не жилая комната, возможно она за дверью справа, а это - рабочий кабинет. Несколько полок с книгами и безделушками, большой шкаф с кучей дверок и высокий сейф в углу, тяжелый стол из темного дерева по центру и несколько кожаных стульев на колесиках для хозяина и гостей. Канат подтянул один из стульев от стены к столу и пригласил меня сесть. Сам же обошел стол, открыл одну из дверок и выудил на свет пузатую бутылку с двумя стаканами. Я тут же отрицательно замотал головой. Меня же сейчас не просто накроет, убьет нафиг.

Дедуля пожал плечами и вернул один стакан на место. Пока он наливал себе, мне была предложена сигара, из резного ящичка, но от нее я тоже отказался. Наконец старик сделал глоток и уселся напротив. Из верхнего ящика стола был выужен обычный канцелярский планшет с двумя листиками бумаги и явно дорогая шариковая ручка. Старик сразу же ткнул ручкой в шапку документа и указал на три слова.

– Канат Хо Болат, - сказал он, после чего указал на свободное место ниже.
– Николай ...
– он явно намекал мне написать полное имя. Потом перевернул страницу, постучал ручкой по размашистой подписи и указал на себя, на пустое место и на меня.

– Я не буду это подписывать, - сказал я по-немецки.
– Я даже прочитать это не могу.
– Для убедительности еще и головой отрицательно помотал. Дед нахмурился и достал с кармана совершенно обычный смартфон. Набрал кого-то и произнес несколько непонятных фраз, а потом включил громкоговоритель.

– Что там у вас происходит?
– спросил Вольф.

– Я не буду подписывать договор, который даже прочитать не могу.

– Слушай, там все, о чем мы договорились.

– Вольф, я работал в торговле. Подписать договор не глядя - это верх глупости.

– Парень...

– Даже и не надейся, дуй сюда будешь мне его в голос читать.

– Блин, Городские уже тут! Если мы не предоставим им договор, они становятся твоими представителями автоматически.

– Слишком много внимания моей персоне. Почему?
– Немец молчал.
– Вольф!?

– Вся добыча принадлежит тебе как последнему выжившему из прокола.

– А вы мне десять процентов предлагали!?

– Да, потому что городские тебе бы еще за спасение счет выставили и никакой добычи ты бы не получил!

– Вольф, мне плевать кто и что там!
– я был зол и практически рычал в трубку.
– Дуй сюда. Можешь даже городских с собой захватить. Нет, наоборот, непременно захвати городских. Я и их выслушаю, а ты будешь переводить.

Вольф еще объяснялся с азиатом, а я подумывал накатить с пузатой бутылочки, но слава Богу, второй стакан не остался на столе. Пытаясь унять злость, я начал обдумывать ситуацию чисто с прагматической стороны вопроса. Нередко самый неприятный клиент оказывался самым надежным, поэтому сразу перебегать к городским не стоит. Да и эта вспышка гнева не характерна для меня. Хотя нет, себя обманывать не надо. Пылю я часто да густо, но вот такой злости обычно не испытываю. Помнится, как только пошел в зал, тренер посоветовал книгу о силовых тренировках. Там говорилось что у человека всего один доминирующий очаг возбуждения. Его довольно легко сменить, но вот сила возбуждения останется той же. Так спортсмены накручивали себя перед соревнованиями представляя себе все, что угодно, а потом хватались за штангу и подымали нереальные веса. Я, например, перед жимом представлял свободное падение в пропасть. Вот похоже страх смерти меня отпустил, организм еще не расслабился и потому я так накинулся на Вольфа. Это не так уж и плохо. Если энергия осталась, направим ее на выколачивание денег и привилегий. Человек всегда был жесте зверей, а судя по здешней фауне бой мне предстоит не легкий. Утонув в своих мыслях, я и не заметил, как старик окончил разнос Вольфу и стал рассматривать меня, попивая свой алкоголь. В глазах дедули не было зла или раздражения, один лишь интерес и это немного запутывало.

Гости явились примерно минут через десять. Двое молодых мужчин в синей обтягивающей форме с пистолетами на поясе и синими же треугольниками-татуировками на висках. У Вольфа тоже обнаружились татуировки, только это были черные солнышка-звезды со змеящимися лучами. И если по росту вошедшие ему не уступали, то в ширине плеч явно проигрывали, да и револьвер на бедре был больше похож на маленькую гаубицу, нежели на ручное оружие.

Вольф представил вошедших Канату, потом перевел мне.

– Лейтенант Родион Парп и сержант Ивен Романо.

– Приятно познакомиться.
– Старик не стал подавать военным руку, мне же стол не мешал, и я поручкался с каждым.

Лейтенант не стал тянуть резину, и сразу же пригласил нас продолжить разговор в более приятной обстановке, а именно в администрации полиса Вермграда.

– Вольф, как можно более вежливо скажи им, что я слишком устал, пережил стресс и практически подыхаю, поэтому хочу разобраться с денежными вопросами до того, как свалюсь без чувств.