— Вот, берите все, — никак не мог угомониться Альбус. — Чай — прекрасное средство для успокоения нервов. Мистер Уизли, мисс Грейнджер, присоединяйтесь.

Гермиона и Рон, переглянувшись, нерешительно протянули руки к чашкам, над которыми курился пар. Вместо того, чтобы категорично отказаться от угощения, я, внезапно ощутив сухость в горле, последовала их примеру и глотнула почти обжигающего напитка. Из глаз, то ли от горячего чая, то ли от нахлынувших тоскливых мыслей, брызнули слезы.

— Северус, не желаешь взбодриться тоже?

Тот возмущенно сверкнул глазами, показывая всем своим видом, как относится к представлению, которое Дамблдор тут устроил. Гарри же пребывал в сомнении, не отказываясь от чая, но и не притрагиваясь к оставшимся чашкам. Профессор Макгонагалл сидела рядом и с тревогой посматривала на меня, словно беспокоясь о том, как бы я не впала в истерику. Предложение Дамблдора она вовсе проигнорировала.

— Вы мне так и не ответили, — кое-как справившись с внутренними волнениями, произнесла я прерывающимся голосом. — Как погиб Сириус? Несчастный случай, или что?

Чашка дрожала в руках так, что ее содержимое едва не выплескивалось мне на колени. Пришлось поставить ее обратно на стол. Только после этого не знала куда деть руки.

— Да, можно сказать, это был несчастный случай, — наконец соизволил кивнуть Дамблдор, оставив в покое вазочку с мармеладом.

Как будто дождавшись этих слов, Гарри нетерпеливо пошевелился.

— Это был не несчастный случай! — Его взор так и полыхает возмущением. — Сириус погиб по вине Беллатрикс Лестрейндж!

— Беллатрикс?.. Но ведь это кузина Сириуса! — Я растерянно моргаю, стараясь вникнуть в новую информацию. Но слишком все непросто. — Что она сделала?

Никто по-прежнему не торопится с ответом. Боятся, видно, причинить мне очередную боль.

— Да говорите же!

— Она убила его… — Гарри заметно морщится. — Убила Сириуса.

— Убила? Но как?.. Когда это произошло? — Вопросы срываются с моих губ прежде, чем они успевают сформироваться в голове. — И почему, в конце концов, Гарри жил не у своего крестного, а у моей сестры?

Взгляды дружно перемещаются на Дамблдора. Как он справится с этим напором?

— Это очень трагичная история, Лили… — Директор вздохнул и снова рассеянно погладил феникса. — Даже тем, кто знает о ней не понаслышке, выслушивать ее заново весьма нелегко. Ведь все началось именно с той ужасной ночи. — Он сделал паузу, собираясь с мыслями, хотя мне показалось, что просто тянет время. — Ты спрашиваешь, почему Гарри оказался у твоей сестры Петуньи… Это справедливый вопрос. Все дело в том, что…

— Только в доме тети Петуньи я мог быть в безопасности, — ни на кого не глядя, закончил его фразу Гарри.

— Правильно, — кивнул Дамблдор, похоже, ничуть не задетый его вмешательством. — И кажется, — внимательно вглядываясь в мое лицо, добавил он, — ты, Лили, сама не ведаешь, какую дала защиту своему сыну, пытаясь спасти его от Волдеморта.

Я не задавала новых вопросов, находясь под впечатлением уже сказанного. Лишь непрерывно билась одна мысль: Джеймс… Сириус… погибли оба… Я их никогда больше не увижу…

— Именно твое самопожертвование и спасло жизнь Гарри, несмотря на то, что ты осталась жива. Жива вопреки всему. И это великое чудо!

— Поэтому вы, Альбус, и решили скрыть столь незначительный факт ото всех? — ровным, почти лишенным эмоций, тоном произнес Северус. Но я знала, что равнодушие это напускное, и он на самом деле взволнован не на шутку. — Даже в тот день, когда мы с вами встретились, вы ни словом… Я практически вывернул свою душу… — Он отступил от стены, его пальцы непроизвольно сжались. — А вы молчали… Знали и молчали!

Брови Гарри слегка удивленно приподнялись: он явно не ожидал от Северуса каких-либо инсинуаций в адрес Дамблдора.

— Северус, пожалуйста, не будем снова начинать эту тему. Разве я уже не объяснял…

— Уж простите, Альбус, но ваше объяснение мне мало что дало, потому что лично меня, — Северус, все также не отрывая от директора взгляда, таящего в себе скрытые чувства, сделал крошечную паузу, — оно нисколько не удовлетворило.

Секунды две длился безмолвный поединок между ним и Дамблдором. Потом Альбус чуть заметно кивнул, словно придя к какому-то только ему понятному выводу.

— Я знаю, Северус, и согласен с тобой. Со всеми вами согласен. — Он посмотрел мне в глаза. — Но смею надеяться, что поймете меня. Так было лучше для всех.

— Для кого лучше? — с вызовом приподнял подбородок Гарри. — Для меня?

Гермиона, сидящая рядом с ним, осторожно пошевелилась, слегка повернув голову. Мне почудилось, что она хотела положить свою ладонь на руку Гарри, но в последний момент передумала. Нечаянно поймала мой рассеянный взгляд и как будто смутилась.

— Да, Гарри, в первую очередь для тебя. Может, это прозвучит немного жестоко, однако… Ты помнишь, что произошло с родителями Невилла?