— Не буду отвлекать тебя от этого приятного занятия, досточтимый тролль, — с поклоном ответил Упырь. — Наутро, когда ты станешь великаном, мы выступим в поход на страну конунга Сигурда, где тебя ожидает много свежей человечины и красивых девушек! Прощай, до встречи в следующую ночь полнолуния!…

С этими словами Упырь обернулся летучей мышью и, замахав крыльями, беззвучно взлетел к потолку. Ингвард и Бодо украдкой заглянули в окно и проследили за его полётом. Оборотень протиснулся в узкую щель в потолке.

— Эй, Упырь! — вдруг окликнул его тролль.

Летучая мышь, уже скрывшаяся было в щели, вернулась вниз и вновь обернулась колдуном.

— Не кажется ли тебе, что тут пахнет человеком? — спросил тролль, вбирая воздух раздувающимися ноздрями.

— Откуда бы тут взяться людям? — пожал плечами оборотень. — Вокруг башни все деревья заколдованы, они никого не пропустят сюда… Наверное, тянет мертвечиной из нижних залов…

— Нет, это запах живых людей. Они где-то тут, близко…

— Ты чересчур подозрителен, — со смехом воскликнул Упырь. — Наверно, это пахнут девушки…

— А в самом деле, — радостно заревел тролль. — У меня ведь остались две живые девушки. Это пахнет ими, а я беспокоюсь…

Ингвард, забыв об осторожности, приник лицом к решётке, пытаясь охватить взглядом всю внутренность страшного зала.

— Государь, нас могут увидеть… — в тревоге зашептал Бодо.

— Аннерль жива! — не слушал его Ингвард.

Оруженосец озирался.

— Эта щель в потолке зала, к которой подлетал оборотень… — пробормотал он. — Мне кажется, мы можем подняться к ней снаружи — я видел лестницу, ведущую наверх… У щели мы подстережём проклятого Упыря и зарубим мечами, прежде чем он обернётся человеком!

— Аннерль… — как безумный, повторял Ингвард, и вдруг опомнился, обернулся к оруженосцу. — Да, ты прав! Ступай, я сейчас последую за тобой!

Бодо скрылся во мраке. Ингвард медлил, продолжая следить за троллем.

Кошмарное чудовище раскрыло дверь в стене, и взгляду Ингварда предстали две девушки, в испуге жавшиеся друг к другу. Нечеловеческим усилием воли конунг подавил крик: одной из них была Аннерль!

Тролль оскалился в сладострастной ухмылке. Он схватил подругу Аннерли и с силой дёрнул на себя. Девушка оказалась в объятиях хохочущего чудовища, а Аннерль, вскрикнув, лишилась чувств.

Тролль хрипло задышал, впился ртом в губы несчастной, а потом повалился с ней на пол. Он сжимал её и мял, его когти впивались в нежное тело, раздирая и кромсая его, и чем мучительнее содрогалась девушка, тем ожесточённее терзала её похотливая нечисть. Вскоре пленница превратилась в трепещущий, бьющийся в предсмертных конвульсиях кусок кровавого мяса, который тролль, в припадке звериной страсти, казалось, готов был сожрать. Наконец он схватил рукой свой вздувшийся уд и, громко ревя от возбуждения, вонзил его в этот кровавый кусок…

Ингвард, не сознавая, что делает, вцепился обеими руками в решётку и затряс её. К его счастью, тролль ничего не замечал, весь во власти охватившей его похоти.

Ингварда заставил опомниться крик, донёсшийся откуда-то сверху. Конунг оторвался от решётки и бросился к лестнице, о которой говорил оруженосец.

В самом верхнем, тесном и тёмном помещении башни он увидел Бодо. Норманн из последних сил боролся с оборотнем. Свет сюда проникал только из щели в полу. В ней видел был зал, где горел камин и неистовствовал кошмарный тролль. Только что из этой щели выбрался оборотень в облике летучей мыши, и тут на него набросился Бодо, который караулил его. Норманн ударил по оборотню мечом. Из рассечённого крыла летучей мыши струилась чёрная кровь. Внезапно мышь обернулась человеком. Колдун окончательно выбрался из щели и между ним и Бодо завязалась отчаянная борьба.

Бодо старался задушить колдуна, но вскоре понял, что это выше его сил. Норманн быстро слабел. В один из моментов схватки колдун вырвался из его объятий, снова обернулся летучей мышью и расправил крылья, намереваясь улететь. Только в самый последний миг Бодо успел схватить гнусную тварь за задние лапы. Колдуну пришлось вернуться в человеческий облик. Его лапы сделались ногами. Бодо стиснул их ещё сильнее и громко закричал, призывая на помощь Ингварда. Колдун принялся его кусать, царапать и бить.

— Ты завладел волоском из моей шкуры и я не могу применить против тебя моё колдовство… — хрипел он в ярости. — Но я и без колдовства одолею тебя…

Он был не сильнее Бодо, но силы его чудесным образом восстанавливались; норманн же слабел с каждой минутой. В ожесточении колдун схватил голову Бодо за волосы и принялся долбить ею об каменный пол. Ингвард подоспел, когда лицо Бодо превратилось в кровавую маску, на груди зияли глубокие раны, а из горла потоком хлестала кровь. И всё же верный оруженосец не выпускал ног колдуна. Подскочивший Ингвард занёс над колдуном меч и с размаху обрушил его на ушастую голову. Череп раскололся пополам. Колдун судорожно задёргался. Ингвард в исступлении наносил удар за ударом, пока колдун не затих совсем.