– Куинн, пожалуйста, умоляю. Мысль о том, что какой-то врач будет брать анализы… унизительна.

Непонимание отразилось на его лице.

– Тогда объясни мне все, Эйвери. Дай мне понять.

Мне хотелось умереть. Замкнуться в себе и просто умереть. Осознание того, что именно я создала для этих чудовищ, обрушилось на меня с оглушительной силой, пока волна возбуждения охватывала меня все сильнее.

– Дерьмо… - я сделала вдох, несмотря на резкий спазм. Затем я посмотрела в его глаза, ожидая увидеть в них осуждение. Но они смотрели на меня без отвращения, которое я испытывала к себе.

– Я не больна и не накачана наркотой. Помнишь препарат, что я создала? Афродизиак?

Он понимающе кивнул.

– Только в тысячи раз сильнее, и именно он сейчас распространяется по моему телу.

Свирепый взгляд. Множество эмоций, от сочувствия до ярости, боролись в глубине его сознания. Но я не жду вопросов. Я знаю, он ждет ответов, но сейчас я хочу оказаться в безопасном и уединенном месте.

– Так что, пожалуйста, - сказала я, вкладывая в свой голос как можно больше сочувствия.
– Последнее место, где мне нужно быть, - больничная кровать.

– Твою мать!
– выкрикнул он. Посмотрев в зеркало заднего вида, он направил машину обратно на дорогу. После разворота на 180 градусов в неположенном месте, он бросил мне: - Ты ответишь на мои вопросы.

– Да, - согласилась я, вжимаясь в сиденье, чтобы ослабить нарастающий трепет.
– Я помогу тебе поймать этих ублюдков. Но сначала тебе нужно помочь мне преодолеть это состояние.

Еще одно ругательство прозвучало в машине, и кожа на костяшках его пальцев побелела от силы, с которой он сжал руль.

Сэди это не понравится. Никоим образом. Но, твою мать, что я могу сделать?

Эйвери знает, что для нее лучше. Она мозг этой операции. Я должен доверять ей; если она думает, что ее жизнь в опасности, значит, так и есть.

Доверие.

Это слово бьет по мне, пока я получаю нагоняй от Сэди.

– После всего, через что она прошла, Куинн. Ты должен взять себя в руки и сделать то, что для нее будет лучше.

Слова Сэди заставили мои челюсти сжаться, зубы заскрежетали с такой силой, что я испугался, они сломаются. Эта работа вынудит меня обзавестись зубными протезами, прежде чем мне исполнится пятьдесят.

– Да к черту. Она не ребенок. Мы говорим об Эйвери.

– Я знаю, - сказала Сэди.

– Тогда не думаешь ли ты, что она знает, что делает?

– Ладно. Ты прав.

Господи Боже. Не могу поверить.

– Послушай. Я займусь Эйвери, а тебе стоит сосредоточиться на подозреваемых.

Где бы ее не держали, Эйвери сказала, что там была еще одна женщина, а может, и больше. Задействуй Карсона. Дай ему возможность поработать с ними, примени тяжелую артиллерию. Нам нужны имена и локации. У тебя полная свобода действий…

– Куинн, они наняли адвоката. Сразу же после задержания они потребовали вызвать дорогостоящего адвоката по имени Мэддокс.

Я закрыл глаза. В основном из-за того, что услышал имя адвоката, под которого копаю, но также и для того, чтобы прекратить видеть Эйвери, извивающуюся на диване.

Я повернулся к окну.

– Мне нужно, чтобы ты занялась этим. Мэддокс изворотливый тип.

– Назови мне адвоката, который не был бы изворотливым, - сказала она.

Мы на одной стороне.

– Но он каким-то образом связан с первой жертвой. Предположительно, она была проституткой. И, если Мэддокс представляет интересы наших подозреваемых, он может знать имена и локации. Подлови его. Заставь подозреваемых заговорить.

– Ты просишь меня заняться этим делом?

Моя спина напряглась. Бросив взгляд на Эйвери, я нахмурился. Все еще слишком много вопросов без ответов, но на данный момент ответы ничего не изменят. Не тогда, когда мне необходимо, чтобы мой напарник действовал такими методами, в которых я бессилен.

– Все, что тебе нужно, находится у меня в кабинете. Войди в курс дела как можно скорее. И, Бондс, - сказал я, моя интонация отражала серьезность просьбы, - сообщай мне обо всем. Ты не сделаешь и шага без меня.

– Я скажу Векслеру собрать группу. Мы определим местоположение женщин, Куинн. – сказала она, и я знаю, Сэди сделает все, что будет в ее силах для этих женщин.
– Я в деле. Позаботься об Эйвери. Я позвоню, когда будут зацепки.

Я положил трубку, на меня навалился груз неопределенности. Дело не в том, что я не доверяю Сэди заниматься этим делом и поиском ответов. Я никогда не сомневаюсь в ней, когда речь идет о работе. Эти сомнения совсем другой природы, и связаны они именно с беспокойством о том, что она будет делать, когда найдет ответы.