– Проблемы с открытием ткацкой фабрики?

– Да. Иногда реально, хочется взять калаш (автомат Калашникова), и покрошить всю эту падаль на картошку фри.

– А где ты его возьмёшь?
– усмехнулся Кощеев.

– Да - мечтала наша героиня, как наркоман о героине, - почесал затылок Иван, - думаю до калаша нам ещё далеко. Пока ребятки совершенствуют то, что есть. Дорогое это удовольствие - хорошее оружие. Здешние бабахалки я, если честно, за серьёзное оружие не считаю. Мы в детстве такие же пугачи из трубок делали. Помню, один раз я забил в трубку пороха побольше, черканул спичечным коробком о спичку, которая крепилась к запальному отверстию и вытянул руку для выстрела. А металл не выдержал такого количества пороховых газов и выстрелил не вперёд, а в обратку. Как только без глаз не остался - сам удивляюсь! Зато всё лицо и даже уши были в чёрных точках, словно я прыщавый подросток.

– Ты и был подростком, а уж прыщавым или малость шизанутым - это другой вопрос, - нравоучительно произнёс Игнат, подняв указательный палец вверх.
– Что делать собираешься?

– Нужно узнать, кто нам вставляет палки в колёса. Я на взятки потратил больше половины казны, которую ты притащил с корабля. А воз и ныне там. К Императрице лезть со своими проблемами не хочется, да и пока до неё доберусь - тоже время много пройдёт и ещё не известно, какое решение она примет. Тем более, сам понимаешь, к царям с пустыми руками не ходят. Знаешь во сколько рублей оценили подарок Казанцева Екатерине II здесь в Питере?

– Во сколько?

– В двести тысяч!

– Да, иди ты?
– изумился Игнат.
– Карета, шкурки, сервиз - двести тысяч рублей?

– Ты ещё про тройку вороных забываешь. Удачную породу животноводы вывели. Кстати, казахи из самой Персии пригнали два самых красивых десятка. От них и пошли наши красавцы!

– Двести тысяч...
– всё не мог успокоиться Кощеев.
– Это же можно построить семь ресторанов и гостинец, как у тебя.

– Здесь другие цены, Игнат. Столица, мать её! Хотя мы на этом хорошо навариваемся. Иначе, как бы мы содержали такой штат безопасников и всевозможных охранников? Да и в Тюмени - всё же в основном построено на наши деньги, а не на те жалкие налоги, которыми распоряжается дворянское собрание города. Это наша им подачка, чтобы не чувствовали себя ущербными и не тявкали много. У нас же теперь есть городская Дума!

– И тут Дума? Сколько же трутней кормит крестьянин!

– Ага! Из года в год мужик пахал и сеял, и молол, потом чиновников послал, но сонм других пришёл, - весело рассмеялся Лапин.

– Что-то ты сегодня стихами заговорил?

– Это я так эмоции матерщины перерабатываю в изящную словесность.

Тут в комнату зашёл Рустам, без слов направился к столу, налил из графина в стакан воды, выпил и сказал:

– Нашли мы корень наших проблем.

– И???
– потерял терпение Лапин.

– Возле Императрицы в правительственных сферах за влияние борются несколько групп, они и определяют основную направленность российской торговли. Так вот, наиболее сильные позиции имеют сторонники увеличения вывоза из России сырья и полуфабрикатов. Тем более, что английские купцы их активно снабжают деньгами. В Петербурге успели оценить качество наших товаров. Англичане очень опасаются, что предприятие, которое мы хотим здесь открыть, может серьёзно ударить по их торговле. Вам, Иван Андреевич, нужно ходить с охраной. Какие-то нездоровые шевеления начинаются. Да и магазинчики наши тоже нужно охранять.

– Грохнуть бы их всех!

– Эх, Иван Андреевич, нельзя. Даже если на нас не подумают, то реально может война начаться.

– Я понимаю, что нельзя. Но пора начинать выводить их из игры! В своей стране из-за продажных чиновников чувствуем себя изгоями. А тратить в год на взятки миллион рублей, когда по закону мне всё должны предоставить бесплатно, у меня нет ни возможности, ни желания.

– Мыслишка крутится у меня одна, - почесав подбородок, сказал Рустам.

– Что за мыслишка?
– спросил Лапин.

– Слушок пустить, что в английском квартале занимаются чернокнижничеством.

– И что нам это даст?
– скептически поглядел на Рустама Иван.

– А мы в какой-нибудь их домик под видом уголька динамит подбросим... Слухи плюс взрыв - хороший результат могут дать.

– А если в несколько домов..?
– спросил Кощеев.

– Как бы перебора не было, Игнат. Один взрыв и на случайность можно списать, да и народу будет подтверждение, что иноземцы темными делишками занимаются. А несколько взрывов - это уже война! Тем более люди в городе бунт могут поднять, а этого допускать нельзя.

– Согласен, - кивнул Иван.
– Только дом нужно выбрать такой, в котором самый "жирный" заморский гусь проживает.

– Само собой.

ПЕТЕРБУРГ. ВЗРЫВ.

Аллейн Фицгерберт - посол Британии в Россию, сидел в кресле перед камином в доме одного из купцов Российской Британской торговой компании Гарри Брауна. Рядом расположились ещё трое английских торговых представителей.

– Сэр, - обратился Гарри Браун к послу, - нам очень мешает деятельность этого московита Лапина. Он нам составляет серьёзную конкуренцию.