– Найди для него форму, – распорядился Кучики. – Если я не ошибаюсь, кто-то из рядовых обнаружил вчера склад. А потом пусть будет с тобой.

Капитан рассеянно огляделся, и Ренджи без труда отгадал его намерение. В самом деле, а чего еще хотеть бойцу, честно отстоявшему ночную смену? Абарай решил не жадничать. У Кучики, не приученного к диким условиям, наверняка не хватит толку устроить себе достаточно уютное гнездо.

– Тайчо, – с тайной гордостью улыбнулся Ренджи, – если хотите, можете воспользоваться моей норой. Там здорово.

Кучики оценивающе глянул на Ренджи, на шалашик, снова на Ренджи…

– Пожалуй, воспользуюсь, – решился он.

Бьякуя отлично видел, что Абарай ужасно горд своей маленькой победой: как же, оказался лучше, приспособленнее капитана, и неважно, в чем, – но прямо сейчас Кучики было наплевать. Он слишком устал, а это их давнее соперничество, ставшее уже привычным… Да пусть погордится немного, жалко, что ли?! Главное – спать.

Ренджи, словно лесной зверек, стащил в свою берлогу целую кучу всякого добра. Был здесь и ворох сухих листьев, и лежанка из разнообразного пестрого тряпья, и самое настоящее одеяло. Бьякуя с удовольствием завернулся в него, устроился поудобнее, сунул руку под щеку. Абарай и в самом деле понимал толк в обустройстве нор, сказывалась пройденная в раннем детстве школа. Высоко забравшееся солнце, разбиваясь о бумажные перегородки, больше не слепило глаза. Ноздри щекотали незнакомые, чужие запахи. Кучики зажмурился. Сон настиг его сразу, будто караулил в засаде.

***

Ренджи еще раз оглядел колдуна с головы до ног, и тот испуганно поежился. А тут еще подтянулись другие офицеры, которые тоже принялись пристально вглядываться в пленника.

– А это кто такой, лейтенант Абарай? – Спросил кто-то. – Это не тот ли самый колдун?

– Точно, он самый, – подтвердил Ренджи. – Капитан просил пока присмотреть. Эй, парень! – Он замахал рукой одному из рядовых, которые, как и вчера, сновали по развалинам. – Иди-ка сюда.

Тамура старался не шевелиться. Окружившие его со всех сторон синигами глядели недобро. Убьют. Точно убьют. Не зря капитан Шихоинь предупреждала… Надо было остаться с ней.

– Так, парень, – говорил тем временем лейтенант подбежавшему юнцу, – там где-то склад вчера нашли. Знаешь, нет? Ну вот, найди там форму, чтоб подошла вот этому типу, – короткий небрежный жест в сторону Тамуры. – И тащи туда, к костру. Ладно, пошли, – это уже к оммедзи.

Тамура безропотно последовал за Абараем. Лучше не злить его без надобности. Туда же потянулись и остальные офицеры. Ох, не к добру! Тамура не чувствовал себя настолько скверно, даже когда отправился штурмовать городскую стену Сейрейтея. Тогда он уже распрощался с жизнью, настроился на философский лад, теперь же… Только-только понадеялся прожить еще немного, и на тебе…

На костре готовилась каша. Синигами подбирали валяющие у огня миски, накладывали в них кашу и чинно рассаживались вокруг. Абарай похлопал колдуна по плечу, веля усаживаться.

– Тебя как звать? – Небрежно поинтересовался он.

– Тамура Фуджимаро, – назвался оммедзи.

– А я – Абарай Ренджи, лейтенант шестого отряда, – внушительно сообщил его собеседник.

Лейтенант! Впрочем, это и так было очевидно. Второй человек в отряде после капитана. И теперь, пока капитан спит, заступиться за пленника больше некому.

Кто-то передал лейтенанту чашку, и он немедленно сунул ее колдуну.

– Голодный?

Тамура замотал головой. Абарай практически силой всучил ему миску, буркнул раздраженно:

– Ешь, пока дают.

Тамура больше не стал возражать. Не стоило злить этого парня… да и завтрак, доставшийся ему за компанию с капитаном за стеной, был как-то чересчур скромен. Лейтенант взял другую миску, сел рядом с колдуном и вдруг толкнул его локтем. Тамура оглянулся и к своему величайшему удивлению увидел горящие любопытством глаза.

– Ну-ка, давай, рассказывай, что это тут у нас происходит.

Остальные офицеры немедленно насторожились и подались ближе.

– А потом расскажешь, каким образом ты оказался с капитаном, и за каким чертом он притащил с собой этот лук, – Абарай скалился с самым заговорщическим видом.

Тамура глубоко вздохнул и принялся обстоятельно рассказывать.

***

Проснулся Бьякуя совершенно самостоятельно. Ничего не случилось, никто не напал, никто не примчался с воплями: «Тайчо, у нас проблемы!» Неслыханная роскошь в сложившихся обстоятельствах. Так что Бьякуя не спешил вылезать из своего убежища. Сел, потянулся, насколько позволяли габариты норы, провел рукой по волосам, убедился, что на голове полный беспорядок, и с тяжким вздохом принялся снимать кенсейкан. Пристроить его обратно без расчески и зеркала будет уже невозможно, вот и тянул с этим до последнего. Кое-как расчесал пальцами челку, пригладил волосы, стараясь добиться максимально приличного вида. Зажимы же, подумав, сунул в дальний угол под тряпье: может, пригодятся еще когда-нибудь потом.

Снаружи тоже все было мирно. Большинство бойцов спали, найдя себе убежища в парке. Вдалеке по развалинам сновали рядовые. Несколько человек сидели вокруг погасшего костра, негромко переговариваясь. Бьякуя двинулся в их сторону. Вскоре разглядел и лейтенанта: Ренджи лежал в траве, раскинув руки и уставившись в небо. Возле него сидел еще один человек, и Бьякуя не сразу его узнал, только потом заприметил эту характерную черную с сединой гриву: перец с солью. Колдун был уже в новенькой форме синигами и выглядел сейчас даже приличнее самого капитана.