Тьюринг и сам подозревал это, учитывая, где корабль впервые был замечен авианосцами Уэйк-Уолкера больше года назад. Это случилось далеко на севере Норвежского моря, к северу от острова Ян-Майен. То, что адмирал и его экипаж говорил по-русски, было весьма показательным. Тем не менее, Тьюринг был убежден, что ни корабль, ни его оружие не могли быть созданы в Советском Союзе в 1942 году. Возможно, даже экипаж не был оттуда. Кроме того, Тови рассказал ему, что адмирал отрицал какую-либо связь корабля со сталинским СССР. Все это лишь укрепило невероятное предположение Тьюринга.

Этот корабль появился из будущего. Его вооружение на несколько десятилетий опережало все, что могла произвести любая страна на земле. Его адмирал заявлял, что они могли преобразовывать морскую воду в пар [23] , и у них не могло быть проблем с топливом, но, тем не менее, явно нужен был источник тепла, пригодный для производства достаточного количества пара, чтобы привести в действие турбины, достаточно мощные, чтобы корабль мог развивать отмеченную скорость. И они явно не сжигали для этого нефть или уголь. Только некая новая энергетическая установка из будущего могла решить эту задачу. Русский адмирал даже намекал на то, что для него события этой войны были историей. И единственным объяснением появления этого корабля в Атлантике, на Средиземном море и теперь на Тихом океане было то, что он прибыл из другой эпохи, далекого будущего, в котором, возможно, теоретические дискуссии о возможности путешествий во времени стали практической реальностью.

Но зачем этот корабль прибыл сюда? С какой целью? Адмирал Тови выдвинул весомое мнение, что это действительно был военный корабль, отправленный в прошлое с невежливой дипломатической миссией. Было ли применение оружия неотъемлемой частью этой миссии?

Адмирал с корабля отрицал это, если ему можно было верить. Он заявлял, что не хотел принимать никакого участия в этой чертовой мировой войне и просто хотел найти остров, куда сможет сбежать и рассмотреть вопрос о том, как вернуть корабль и его экипаж домой, чтобы это не не значило. Тьюринг полагал, что имелась в виду, разумеется, Советская Россия, и, по его оценке, речь шла как минимум о пятидесяти годах в будущее, возможно больше.

С этими мыслями и вопросами адмирал Тови снова вернулся в Блэтчли-Парк в тот же день, чтобы продолжить обсуждение с блестящим математиком. В его голосе слышалось что-то странное, когда Тови позвонил ему, чтобы назначить встречу. Тьюринг выглядел опустошенным и чем-то обеспокоенным. Весь этот сценарий, действительно, был самым тревожным в этой войне, хотя мало кто действительно знал об этом. У него было такое ощущение, что Тови также был чем-то серьезно озабочен.

Так и есть, подумал Тьюринг. Он знает, так же, как и я несколько недель назад, когда я впервые поговорил с ним о своих выводах относительно «Джеронимо». Теперь он знал…

И боялся.

Они снова встретились в «Хижине-4», и на этот раз адмирал Тови начал верить в очень спорную теорию, выдвинутую ранее.

— Хорошо, профессор, давайте не будет шутить и предположим, что ваша теория верна. Если этот корабль прибыл из другого времени, он ведь мог вернуться снова? Да, он исчез и в прошлый раз, но прошел целый год прежде, чем он снова появился на Средиземном море. Мог ли вернуться в тот же год, месяц, или даже день, что и раньше?

— Вполне возможно, сэр, — сказал Тьюринг.

— И, если уж на то пошло, возможно ли, что он появится снова? Что он делает, Тьюринг? Вы не думали об этом? Появляется ли он намеренно, быть может, вступает в морские сражения с целью изменить будущее? Что случается, когда он исчезает?

— Это все очень озадачивает, сэр, и мы можем лишь строить предположения. Возможно, он возвращается домой для перевооружения. Это единственный напрашивающийся вывод. Может ли он после этого вернуться в наше время? Это уже было сделано, так что, безусловно, этого можно ожидать снова. Возможно ли, что это были другие корабли? Это также возможно и это пугает. Но в чем заключается его задача, понять действительно трудно. Возможно, это действительно попытки изменить историю. Последнее столкновения с японцами стало решающим, верно? К счастью для нас, нельзя сказать, что этот корабль находится на чьей-то стороне в нашей маленькой войне. В любом случае нельзя сказать, что у него есть четкая программа действий во всех инцидентах, по крайней мере пока.

— Совершенно верно, — сказал Тови. — Сначала я полагал, что этот корабль действует против Британской империи. Он шел к месту Атлантической Хартии и очень стремился прорваться туда. Затем тот адмирал объяснил мне, что не контролировал корабль в тот момент и имела место разница во мнениях относительно того, как им действовать.

— То есть сценарий затравленного волка, — сказал Тьюринг.

— Именно. Как бы то ни было, он хотел, чтобы его просто оставили в покое. Этот адмирал, что более чем вероятно, все еще ищет свой проклятый остров, если вам интересно мое мнение. Японцам просто не повезло оказаться у него на пути.

— Тогда чем же его не устроил остров Святой Елены?

— Хороший вопрос, Тьюринг. Если принять эту линию, мне начинает казаться, что корабль оказался здесь не намеренно, как я изначально боялся. Возможно, это был лишь несчастный случай, а не преднамеренная операция?

— Да, сэр, это действительно может быть случайностью. В конце концов, если он появился из будущего, и его прибытие было запланировано, то почему мы не видели других действий аналогичного характера… Других пришельцев? Я осмелюсь предположить, что то, что они отправили только один корабль, является странным. И почему военный корабль?