Лобан сидел на расстоянии вытянутой руки от вешалки и кивнул, однако просто встал, достал сигареты и бросил почти пустую пачку Орлову. Куртку, несомненно, тщательно обыскали, однако подкладка и изоляция компьютера была настолько хороша, а само устройство настолько тонким, что ничего, кроме сигарет, в куртке не нашли. Орлов потянулся за сигаретами, и его сердце забилось чаще. Лобан поднес ему зажигалку из кармана. Он сам закурил и молчал первые несколько затяжек, прежде, чем выражение его лица не указало, что он ждал объяснений и немедленно.

— Кто она? — Сказал он, гораздо громче, чем в первый раз, катая наушник между большим и указательным пальцами, в итоге сделав то, что положило конец попыткам Орлова как-то выкрутиться из ситуации.

— Подождите, идет поиск, — ответил голос в наушниках. — Это может быть ответом на ваш вопрос. «Она» является местоимением, обозначающим женщину либо женскую особь животного, либо что-либо, традиционно отождествляемое с женским родом, например, корабль [25] .

Лобан с потрясенным видом посмотрел на наушники.

— Какого черта? — Спросил он по-русски, наполовину изумленно, наполовину раздраженно. Затем он поднес наушник ко рту и резко сказал.

— Ты думаешь, это смешно? Ну, давай, посмейся, потому что мы перехватили сигнал и выследим тебя через несколько минут, тупая стерва!

Лобан, конечно, лгал, лишь попробовав старый заслуженный трюк с обманом укрывшегося противника угрозой. На этот раз он не трогал наушники, тем самым не переключив их на режим приема, и ответом, к большому облегчению Орлова, стало лишь молчание.

— Смешно, — сказал Лобан Орлову.

— Не трудитесь искать ее, — сказал Орлов. — Она уже очень далеко. Да, Светлана бывает очень раздражающей, — сказал Орлов, отчаянно ища способ вновь вернуть поезд на рельсы. Назвав говорившего женским именем, он надеялся отвлечь внимание Лобана от наушников. — Она… Мой радист. Да, Светлана бывает той еще стервой. Это для нее типично. — Он пренебрежительно махнул рукой в сторону наушников. — Однако, я полагаю, больше нет смысла играть в игры.

— Рад это слышать, — сказал Лобан. — Так кто же это? Вы из НКВД? ГРУ? Морской разведки?

— НКВД, — сказал Орлов, выпустив длинную струю дыма. Он постарался принять вид человека, разговаривающего со своим коллегой, и это был его последний шанс, в надежде на то, что союзные отношения между Великобританией и СССР помогут ему выбраться из того бурлящего котла, в котором он оказался. Однако Лобан снова покрутил наушники в руке, переключив их в режим приема, и приложение подхватило его вопрос.

— Так откуда же вы взялись? — С выжидательным взглядом спросил Лобан, полагая, что Орлов может сказать, что был переведен в ячейку НКВД в Мадриде в 1938 году, в разгар личной гражданской войны Франко. Однако в этот момент «Светлана» снова проговорилась, и на этот раз Орлов понял, что судьба его была решена.

— Файл был загружен из открытой библиотеки ТАРКР «Киров», в десять часов сорок минут 13 августа 2021 года. Зарегистрированный пользователь: Капитан Геннадий Орлов, начальник оперативной части.

Лобан не вполне понял. Слово «загрузка» было технически жаргоном и впервые было использовано в качестве существительного в 1977 году и приобрело более значительно распространение в качестве глагола в 1980. Но оно было достаточно описательным, так что и два других не прошли мимо его внимания [26] .

— Корабль? — Сказал он, пораженный тем, что услышал, глядя на наушники Орлова и на самого Орлова. — Капитан Геннадий Орлов? Тринадцатое августа 2021 года? Что?

В тот же вечер автомобиль направился к самолету, ждавшему на гравийной взлетной полосе аэродрома Норт-Филд, но Орлова на нем не было. Лобану удалось вывести его другим маршрутом, проведя через длинный лабиринт туннелей к секретному выходу на северо-восточной стороне полуострова. Там он провел Орлова под угрозой применения оружия по длинному склону к неровному берегу, где их ждала рыбацкая лодка. У нее их ждали трое. Лобан взглянул на часы, сунул руку в карман и вручил Орлову пачку сигарет.

— Счастливого пути, — быстро сказал он. — Боюсь, что вам придется отправиться на восток, а не на запад, мистер Орлов, и вернуться к своим друзьям на Черном море, где вы сможете рассказать им все об «Украине», капитане Павловко и всем остальном. Я не поверил во все это, и не сомневаюсь, что они тоже не поверят. Думайте сами, примет ли вас НКВД с распростертыми объятиями или нет. Но там вы точно получите лучшие условия для проживания, нежели в Блэтчли-Парке с МИ-6. Это все, что я могу сделать для вас. Но у вас будет компания из этих троих в этом долгом путешествии, а один из них даже говорит по-русски. Сергей Камков, вот тот, долговязый.