— Добрый день, — осторожно проговорила я, немного постояв и осознав, что кузнец слишком занят, чтобы заметить визитёра.

– Здрасте, — оторвавшись от каких-то железяк, Пётр взглянул на меня.

– Я от мистера Хидса.

— А, проныра говорил, что зайдёт красотка, — глупо оскалился кузнец.

Я смущённо покраснела то ли от жара печи, то ли от подобного обращения.

— Только проныра не упоминал, что красотка будет такая, — хмыкнул кузнец. Уточнять, какая в его понимании «такая», почему-то совершенно не хотелось.

– Я хотела бы забрать шкатулку, что оставлял мистер Хидс.

Интересно, почему кузнец называет поверенного пронырой? Вообще этот

человек сам был похож на жулика, и появилось подозрение, что мистер Хидс тесно связан с теневым миром Меренска.

Кузнец тем временем покопался под массивным столом и достал оттуда шкатулку с разбитой крышкой.

– Держи, красотка.

Я приняла протянутое и радостно улыбнулась.

– Спасибо! Сколько я вам должна?

— Проныра уже рассчитался, — сообщил кузнец, и я поспешила откланяться. Не терпелось посмотреть, что же там внутри. Сейчас я видела какие-то бумаги, но разбирать их прямо здесь не собиралась, нужно отвезти своё «наследство» домой.

Старательно спрятала шкатулку под плащом, чтобы уберечь от дождя виднеющиеся из-под расколотой крышки бумаги. Молчаливая женщина снова провела меня сквозь дом и выпустила из парадного выхода. Кучер уже поджидал у кареты и

без промедлений открыл дверь.

— Домой, — спешно приказала я и, едва присев, стянула крышку с чёрного ящичка.

Сверху лежали бумаги с именами и адресами всех управляющих предприятиями деда. Было видно, что это писалось совсем недавно, бумага не успела пожелтеть. Значит, мистер Бреннон точно подозревал, что скоро может погибнуть, и написал это для меня. Под бумагами обнаружилось несколько кристаллов, активировав которые я увидела изображения моего отца в молодости. Что он хотел показать этим? Что любил сына? Может быть. Так почему тогда отказался от него?

А на самом дне шкатулки обнаружилось несколько свитков. Развернув один из них, я сразу же прочла: «Для моей внучки, Катарины Бреннон».

Свиток был свёрнут обратно, едва я увидела это обращение. Когда я родилась, ему было жаль для меня имени своего рода, а сейчас, стало быть, я уже достойна гордой фамилии Бреннон? Нет уж, не хочу это читать, лучше отдам мистеру Хидсу.

А вот второй свиток заинтересовал меня куда больше, потому что в нём не было моего имени, но было кое-что гораздо более интересное.

«Предупредить!!! Мистера Кита Леена, Тома Сайруса, Сана Иджа, Жерара Пере. Их жизни грозит опасность!»

Я прочла имена ещё и ещё раз. Нет, можно было бы закрыть глаза на это послание, но едва я взяла свиток в руки, сердце забилось чаще, а ладони сразу же

вспотели. Перед глазами несколько раз моргнули не пойми откуда взявшиеся вспышки, и я со всей очевидностью осознала — это не пустые слова, не горячечный бред старика, этим людям действительно грозит беда!

Пока я сжимала свиток похолодевшими пальцами, мы доехали до особняка, и кучер открыл для меня дверцу. Схватив шкатулку, я буквально побежала к дому, обронив на ходу, что сейчас вернусь и карета мне ещё понадобится.

– Мистер Уайлд! — на бегу сбрасывая сапоги, позвала я.

– Да, мисс Катарина. Вы взволнованны, что-то произошло?

Я без колебаний развернула свиток перед лицом дворецкого.

– Вам знакомы эти имена?

Мужчина взял бумагу и присел в кресло, внимательно изучая её. Я же быстро сбегала в комнату и оставила шкатулку.

— Да, мисс Катарина, я знаю этих людей, — едва я вернулась, сообщил мистер Уайлд.

– Кто они?

– Это всё старые друзья мистера Бреннона.

– Ты знаешь, где я могу найти кого-нибудь из них?

– Только мистера Сайруса, он живёт в Ростолье. Странное дело, только сейчас я осознал, что все эти именитые лорды покинули Меренск, хотя ранее жили здесь, — осознал, что все эти именитые лорды покинули Меренск, хотя ранее жили здесь, — задумчиво проговорил мистер Уайлд.

– Ростолье, — пробормотала я и, выхватив свиток, принялась надевать сапожки.

– Мисс Катарина, постойте! — воскликнул дворецкий. — Куда вы собрались?

– В Ростолье, — бросила я, уже выходя из дома.

– А обед? — растерянно пробормотал дворецкий.

Я прекрасно понимала, что спросить он хотел совсем не это, и, ничего не ответив, нырнула в карету. Позже, я объясню всё позже. Сейчас же мои ладони вспотели от волнения, а щёки обжигал румянец. Я кожей ощущала, что могу опоздать.

– Едем скорее в Ростолье, — приказала кучеру.

– Как скажете, Мисс Катарина.

Карета тронулась. Сначала медленно, нещадно качая, потом набрала ход и помчалась по скользкой дождливой улице. Я сжимала в руке свиток, чувствуя, как от него исходит опасная пульсация. Кто эти люди? Почему им грозит опасность? Я не могла ответить на эти вопросы, но точно знала, что это не шутка. Дед действительно волновался, вправду переживал, и нисколько не врал, когда писал это. Я чувствовала, точно знала, что эти мужчины в беде.