Сама не могу объяснить себе причины своего порыва, но меня буквально

подбрасывало на месте от желания поскорее добраться до Ростолья, скорее сообщить мистеру Сайрусу, что его жизнь под угрозой. Благо, Ростолье официально считается частью Меренска, и у следователя не возникнет причин предъявить мне обвинения за нарушение границ.

Мы ещё совсем немного отъехали от города, когда карета сбавила ход, явно намереваясь остановиться. Я попыталась выглянуть в окно, но из-за дождя толком ничего не увидела, тем временем мы остановились окончательно. Дверца кареты открылась, являя мне знакомого кучера.

– Что случилось? — взволнованно поинтересовалась я.

– Нас догоняют, подают знаки, — ответил он.

– Кто?

— Не знаю, мисс Катарина, карета, дорогая. И они выпускают магические искры. Может быть, там что-то случилось, дорога всё-таки, нужно обождать.

Я поспешно вышла на улицу и посмотрела назад. Нас действительно догоняла карета, к слову, весьма примечательная — глубокого бордового цвета, лакированная и явно очень дорогая. Карета остановилась, и я с замиранием сердца следила за открывающейся дверцей. Кто же в ней? Может быть действительно кто-то попал в беду, или что-нибудь сломалось, дорога всё же ухабистая. А что, если это мистер Уотсон? Что, если он решил, что я пытаюсь сбежать?

– Мисс Ломаш, куда это вы направились?

Я с облегчением выдохнула, едва завидев вышедшего из кареты мужчину. Дорогой костюм мистера Хидса никак не вписывался в пейзаж грязной размытой дороги на фоне пылеподобного дождя. Его начищенные до блеска туфли сразу же окрасились серым от жидкой грязи, и поверенный недобро выругался.

– Вы напугали меня, мистер Хидс, — улыбнувшись, сказала я.

Мужчина быстро шёл ко мне, прикрываясь шляпой от холодного порывистого ветра.

– Замёрзнете, давайте внутрь.

Поверенный первым забрался в мой транспорт, и мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

– Хорошо тут у вас, — зябко ёжась, заметил поверенный, — саламандры?

– Не заговаривайте мне зубы, — с улыбкой сказала я. Всё же я очень обрадовалась увидев мистера Хидса. Пожалуй, он был единственным человеком в Меренске, кому мне хотелось доверять. — Зачем вы следили за мной?

– Откровенно говоря, я не следил, — согревая дыханием озябшие руки, ответил он, — а вот магический маячок очень даже. Трогай! — громко крикнул он, высунувшись из кареты.

– А ваш транспорт? — недоумённо спросила я, осознав, что мы уже тронулись.

– Мой транспорт вернётся в Меренск. Так что, куда едем?

— В Ростолье, к некому мистеру Сайрусу, — продолжая глупо улыбаться, ответила я.

— Чем он обязан нашему визиту? — словно невзначай поинтересовался поверенный. Выглядел мистер Хидс совершенно спокойным и даже расслабленным, но азартный блеск в глазах от меня не укрылся.

— Я ездила к Петру, он открыл шкатулку, и в ней я нашла это, — поспешно извлекла из сумочки свиток вместе с письмом адресованным мне, и протянула мистеру Хидсу.

Поверенный быстро пробежался взглядом по записям и, аккуратно сложив, поместил свиток в собственный карман.

– Верните! — возмущённо воскликнула я.

— Боюсь, заклятье, которым окутан свиток, неблагоприятно сказывается на вас, — усмехнулся мистер Хидс.

– Что? Какое заклятье?

Уже в который раз за последнее время я перестала что-либо понимать, поэтому вопросительно воззрилась на собеседника в ожидании объяснений.

– Как бы вам объяснить? Вы совсем ничего не смыслите в магии?

– Я делаю яды, это наука, к магии я не имею никакого отношения.

Почему-то вопросы о магии всегда меня задевали. Маги считали себя людьми

высшего сорта, и мне это не нравилось. Многие годами пытались открыть у себя магические способности, я же после неудачной попытки стать пифией больше не обращалась к столь эфемерному явлению, как волшебство. С ядами всё куда проще: важна точность, хорошая память и верные расчёты — и никакой магии.

— И это очень хорошо, — как-то слишком мягко сказал поверенный. — На этом свитке есть следы определённой магии, той, что побуждает нас к действию. Это как подчиняющая магия, понимаете, о чём я?

Да, я определённо слышала о подчиняющих заклятьях, которые лишали человека воли и заставляли подчиняться чужой. Я кивнула, пока ещё не понимая, для чего деду нужно было оставлять заклятье на свитке.

— Так вот, в послании сказано, что вы должны предупредить всех этих людей, но, видимо, мистер Бреннон не знал, станете ли вы это делать, поэтому решил подтолкнуть вас с помощью заклятья.

— То есть так он решил заставить меня сделать это? — удивлённо спросила я.

— Именно!

Я задумчиво почесала подбородок, осмысливая информацию. Действительно, я сама не могла объяснить свой порыв немедленно отправиться к ближайшему из этих людей, бросив все свои дела, никого толком не предупредив.