— Ладно. Куда именно? — спросила я, изо всех сил стараясь не выдать свой страх голосом.

— Вот сюда, — он кивнул подбородком на одинокий стул, стоявший у входа в зал. — Садись.

— Я не выполняю приказы.

— А я не выношу капризных детей.

— А я не ре…

— Сядь. Сейчас же.

Я плюхнулась на стул и скрестила руки на груди, ожидая, когда же он соизволит разоткровенничаться.

Чтобы придумать, как улизнуть отсюда, сначала мне нужно было узнать, зачем я здесь. Но похоже, Доминик не спешил посвящать меня в свои планы и это начинало действовать мне на нервы.

— Долго еще ждать? — не выдержала я, когда он ничего не сказал.

Доминик оперся руками о подлокотники и наклонился ко мне.

— Какой же у тебя длинный язычок, ангел. Пора бы тебе уже научиться его вовремя прикусывать, а не искушать меня сделать это за тебя.

Я сглотнула, вся моя бравада тут же превратилась в пыль

— Так-то лучше, — холодно улыбнулся он, выпрямляясь. Он снова посмотрел на меня сверху вниз, его взгляд был острым, словно бритва, выражение лица твердым и отточенным до костей.

— Ты и вправду на редкость раздражающее создание.

Я хотела ответить ему, что это чувство было более чем взаимным, но вместо этого стиснула губы, боясь, как бы снова не ляпнуть чего лишнего.

— Как бы я ни пытался избавиться от тебя, мне все равно хочется тебя заполучить — перебороть и завладеть тобой.

Избавиться от меня? Завладеть мной? Мой разум завис от такой информации. Я просто не знала, что об этом и думать.

— Пожалуй, я недооценил твою способность создавать помехи, — невозмутимо продолжил Доминик. — Это не то, с чем я готов мириться.

— О чем ты говоришь? Ты мне угрожаешь?

Мелькнула кривоватая полуулыбка.

— Это значит, что тебе нужно вести себя полегче.

— Или что?

— У тебя есть кое-что, что мне нужно, — пояснил он, пропустив мой вопрос, и принимаясь ходить вокруг моего стула со скрещенными за спиной руками. — И я намерен это заполучить.

— У меня? Я думала, это все из-за Тессы и Габриэля.

Доминик сухо рассмеялся.

— Твоей первой ошибкой было полагать, что ты понимаешь мои мотивы. Причины моего возвращения сюда не имеют ничего общего с моей прошлой любовницей или моим желанием отомстить. И то, и другое меркнет в сравнении с моим истинным желанием. — Он озорно вскинул бровь, так раздражающе выходило только у него.

— Тогда что именно ты хочешь? — Было страшно спрашивать его об этом, но мне нужно было знать.

— Власть. — Он улыбнулся, видя мое замешательство. — Что ведет ко второй твоей ошибке.

— И какой же?

— Прийти сюда.

Чувство опасности захлестнуло меня словно цунами. Не в силах сдержать свой ужас, я вскочила со стула и попыталась добежать до двери, но он быстро схватил меня за талию и крепко прижал к своей груди.

— Отпусти меня! — закричала я, пытаясь освободиться.

— Сядь, ангел. Мы еще не закончили, — произнес он, прижавшись ртом к моему уху. — Вот так, если не хочешь, чтобы я прислал тебе завтра сердце твоей подружки.

Внутри все оборвалось. Боже, что я наделала? Во что я себя втянула?

— Амулет, любимая. — Он развернул меня и вжал спиной в спинку стула. — Он у тебя. И он мне нужен.

— Какой Амулет? Не понимаю, о чем ты говоришь, — соврала я, изо всех сил стараясь выглядеть смущенной и невинной.

— Я повторю еще раз, а затем притащу сюда твою подружку и буду выпускать из нее пинту крови каждый раз, как ты будешь давать неверный ответ. — Его глаза стали темнее ночи. — Амулет. Сейчас же.

Мое сердце заколотилось так быстро, что я никак не могла собраться с мыслями. Я не знала, что мне сказать или сделать. Я знала, что он не мог причинить мне вреда, пока на мне было ожерелье; Тесса ясно дала это понять. Но как же Тейлор? Что помешает ему выпить ее кровь до последней капли?

— Пожалуйста, Доминик…

— Я предупреждал тебя, ангел. — В считанные секунды он оказался у двери, вытягивая Тейлор из ее импровизированной темницы. За руку он притянул ее обратно ко мне, но она оставалась совершенно безучастной. В мгновение ока он стоял передо мной, наклонив ее голову набок. Его длинные, заостренные клыки сверкнули в злобной ухмылке.

— Стой! — крикнул знакомый голос.

Я обернулась и увидела мрачного Трейса, стоявшего в дверях, все еще в своем безупречном смокинге. Он выглядел совершенно спокойным и уверенным, направившись к нам.

— Отпусти ее.

— Забудь об этом, Ромео. — Доминика, похоже, позабавило его неожиданное появление, словно он был вовсе не против наличия зрителей. — Так или иначе, я уйду отсюда только с Амулетом. А вот сохранять ей при этом жизнь совсем необязательно.

— Ты блефуешь, — выпалил Трейс.